Моменты

Моменты.


1 Момент

Далёкий 1998 год. Лето. Я вожусь на огороде . Заходит во двор  сын Алёша и ведёт парнишку, чуть младше по возрасту
- Мама, это Миша. Можно я его покормлю.
- Покорми, сынок. Там обед на плите.
Вид у Миши ужасный.
Через несколько минут захожу в кухню и не могу даже дышать. Такая вонь.
Миша, подросток с нашей улицы из очень неблагополучной семьи.
Нахожу в шкафу вещи, которые маловаты сыновьям, зову Алёшу.
- Удобно отдать это Мише?
- Давай, мама. Конечно удобно. Он только из тюрьмы вернулся.
Потом, намного позже я узнала о первой судимости Миши.
С голоду он залез в чужой дом, открыл холодильник и стал грызть палку колбасы
Так его и застали хозяева дома.
Нет, чтобы накормить подростка, нет. Они вызвали полицию и сдали бедного Мишку.
Это была его первая судимость.
Теперь уже не помню, какой там был срок в детском исправительном учереждении.
Родители Миши пили по чёрному, не просыхая, как говорится.
Вечером Алёша рассказывал мне, как ему жалко Мишку и какой он умный.
- Мам, вот например, ты помнишь, когда была Куликовская битва?
Нет? И я не помню. А он помнит всё. Как мне его жалко, мам.
- За что детям выпадает такая доля? Сынок, всегда приводи этого бедолагу к нам. Корми, чем Бог пошлёт.
- Спасибо, мам. Мне так его жалко.

Второй момент.

Пару лет спустя.
Я сижу на диване, пишу заказную работу. Стук в окно с улицы. С трудом вылазию из красок, чуть мольберт не перевернула. Открываю окно Перед домом стоит Миша, совершенно пьяный.
- Тётя Нина, дайте мне денег взаймы. Я завтра отдам.
Денег у меня нет. Последний полтинник в кармане.
- Нет, Миша. Прости, мы сами без гроша.
Закрываю окно. Миша, качаясь пытается отойти.
Заходит Алёша.
- Кто там, мама?
- Твой Миша приходил, пьяный в лоскут.
- Он вчера напился. А сегодня у него похмельный синдром
Алёша выглядывает в окно.
- Мама, сколько у нас денег?
- Последний полтинник.
- Давай отдадим. Вдруг он умрёт? Ему надо похмелиться.
Я послушно достаю 50 рублей, открываю окно, зову бедолагу и отдаю ему деньги.
Миша удивлённо посмотрел на меня, взял деньги:
- Я верну. Я обязательно верну.
Через пару дней он действительно вернул долг.


Третий момент.


Периодически Алёша приводил бедного Мишу и я видела, как на глазах пропадает и спивается умный, рукастый, добрый паренёк.
Говорить и убеждать было совершенно бесполезно. Мы с Алёшей и Орестом Владимировичем пытались помочь, чем можем, когда подкормить, когда что-то из одежды дать.
Миша рос и превращался в красивого юношу, но ужасающий образ жизни этой семейки убивал всё.
И вот произошло самое страшное: напившись до безумия, отец схватил топор и кинулся на мать. Как там и что было, не знаю, но Миша этим топором нанёс удар и убил отца.
     Ужас!

Четвёртый момент


Я, юрист по образованию, представляю, какой срок ожидает парня. Ведь это не первая судимость. Со всеми вытекающими последствиями.
Чем тут можно помочь? Да ничем.
Алёша очень тяжело переживал всё происходящее.
- Мама, чем мы можем помочь?
- Не знаю, сынок. Убийство, с отягчающим, не первая судимость... Чем тут поможешь?
Алёша достал какими-то путями номер телефона адвоката, который был предоставлен Мише.
Я попыталась позвонить.
- А вы кто ему?
- Соседка.
Вызывающе грубо:
- Чего вам надо, соседка? Звонят тут всякие.
Гудки...
Всё ясно.
Алёша узнал, когда суд и мы с Орестом Владимировичем как раз ехали отвозить заказ, большую картину одному известному предпринимателю и по времени могли спокойно попасть на заседание суда.
Отдавать заказ - очень волнительный для художника момент. Всегда, переживаешь. Имея к тому времени большой опыт в этих делах, я знала, что выглядеть надо безупречно. В голубом костюме, в белоснежной шляпе, в белых туфлях на высоченных каблуках и с белой сумочкой.
Из украшений скромная ниточка жемчуга, перстень и серьги. Достаточно.
Посмотрела я на себя в зеркало и осталась очень довольна собой. Улыбка Ореста Владимировича подтвердила, что всё будет хорошо.
Картину заказчик купил и остался очень доволен. Главное, щедро расплатился и сделал ещё один заказ.
С этим всё в порядке.
Теперь Миша.
Здание суда находилось рядом, но удобного места для нашей Волги с оленем не было. Муж остался в машине а я пошла в зал. Времени до начала заседания было ещё около получаса. Прошла я свободно, как правило, меня никогда не останавливают, и не проверяют документы. Улыбаюсь, правда. Понятно, почему.


Пятый момент.


Дверь в зале заседаний была открыта и я ещё издалека увидела решотку за которой сидел на табуретке Миша, согнувшись и опустив голову на руки, рядом два охранника и пустой зал.
Честно сказать, раньше мне не приходилось бывать на заседании уголовного суда и увидеть человека в клетке воочию, не в кино, - это был для меня шок.  Вот он, Миша, наш мальчик, друг моих сыновей... В клетке...

Продолжение следует.
.