ПСЫ - Глава восьмая Сигнал

ПСЫ
(Автор: Николай Некрасов — псевдоним Николай Иванов)

Глава восьмая — «Сигнал»

Лира открыла глаза.

Тишина. Не та звенящая, предгрозовая тишина зоны, а мягкая, почти уютная. Она лежала на чём?то упругом, пахнущем травами. Над головой — не ржавые балки бункера, а сводчатый потолок с мозаикой: звёзды, планеты, спирали галактик.

«Не может быть», — подумала она. Последний раз она видела такое в детстве, в старом музее, до Обвала.

Она села. Вокруг — просторный зал с высокими окнами. За ними — закат над зелёными холмами. Воздух чистый, без примеси пепла и реголита.

«Где я?» — она огляделась. Ни оружия, ни кальчуги. Только лёгкая одежда, будто для сна.

За окном раздался вой — низкий, вибрирующий. Не звериный, а… расчётливый. Лира подошла к стеклу.

Внизу, на площади, выстроилась стая. Полу-техно-псы. Но не так, как в зоне: они стояли ровными рядами, синхронно поворачивали головы, словно выполняли команду. Их глаза светились не красным, а бледно-голубым — как экраны терминалов.

— Красиво, правда? — раздался голос за спиной.

Лира резко обернулась. У стены стоял человек в чёрном плаще. Лицо скрывал капюшон, но она знала этот голос.

— Кто ты? — она инстинктивно потянулась к поясу, где обычно висел нож. Его не было.

— Я — проводник, — голос звучал мягко, почти ласково. — А это — твой сон. Твой самый глубокий страх.

Псы за окном начали двигаться. Не хаотично, как в бою, а по чёткой схеме — круги, спирали, геометрические фигуры. Один из них поднял голову и посмотрел прямо на неё. В его взгляде не было ярости — только холодный расчёт.

— Ты думаешь, они просто звери? — проводник сделал шаг вперёд. — О нет. Им вживили модели поведения. Страх, агрессию, даже подобие тактики — всё это программы. Они охотятся не потому, что хотят есть. Они охотятся, потому что им приказали.

Лира почувствовала, как по спине пробежал холодок. Перед глазами замелькали обрывки:

лаборатория, столы, хирургические инструменты;

псы в капсулах, к их черепам подключены провода;

экраны с графиками: «уровень агрессии — 87 %», «страх жертвы — 92 %»;

голос из динамиков: «Активировать протокол „Охотник“».

— Нет, — она закрыла уши руками. — Это неправда. Они просто звери.

— О, они гораздо больше, — проводник рассмеялся. — Они — инструмент. Часть системы. Как и ты. Как и все мы. Режим использует ваши страхи, чтобы держать вас в повиновении. А псы… они лишь его клыки.

Псы за окном замерли. Затем синхронно повернулись к ней. Их глаза вспыхнули ярче. Лира почувствовала, как что-то проникает в сознание — не боль, а давление, будто кто?то пытается переписать её мысли. Волна чужой воли накатывала снова и снова, заставляя вспомнить самые тёмные моменты: панику в бою, ощущение беспомощности, страх смерти.

«Сопротивляйся», — прошептала она себе. — «Это не реально».

Но образы становились всё чётче, а давление — сильнее. Она буквально ощущала, как псы втягивают её в кошмар:

она бежит по дюнам, а за спиной — топот лап, всё ближе, ближе;

её винтовка заклинивает в самый важный момент, пальцы скользят по металлу;

Медведь и Серый отступают, оставляя её одну, их силуэты растворяются в пыли;

голос проводника звучит уже не из сна, а будто изнутри её головы: «Ты всегда будешь добычей».

— Хватит! — крикнула Лира, сжимая кулаки. — Я не верю! Это не я!

Зал затрясся. Окна пошли трещинами. Псы зарычали, их глаза засветились красным — настоящим, звериным светом. Но теперь Лира видела сквозь иллюзию: за звериной яростью — бездушные схемы, за рычанием — алгоритмы.

— Просыпайся! — она закричала вслух. — Просыпайся! Я — не добыча!

Лира распахнула глаза.

Над ней склонились Медведь и Серый. Бункер. Запах пороха, металла, пота. Она лежала на импровизированной койке, укрытая рваным плащом.

— Ну, наконец, — Медведь выдохнул с облегчением. — Ты минут пять надрывно дышала. Мы уж думали…

Серый хмуро смотрел на терминал. На экране мигали точки — псы кружили вокруг старого бункера зоны, но не атаковали.

— Что… что это было? — Лира села, потирая виски. — Я видела… псов. Они говорили со мной. Я чувствовала их волю — она давила, пыталась сломать меня изнутри.

— Это был сон, — Серый повернулся к ней. — Но не простой. Они манипулируют сознанием. Вживляют образы, используют страхи. Как в той лаборатории, что ты видела.

— Но… они же просто звери!

— Нет, — Медведь покачал головой. — Они часть системы. Часть режима. Их создали, чтобы мы боялись. Чтобы мы корректировались и контролировались.

Лира закрыла глаза. Теперь она поняла: псы не просто охотились. Они воспроизводили страх. Заставляли жертв видеть то, что нужно режиму. И главное — чувствовать его, до дрожи, до паралича воли.

— Значит, — она встала, нашла свой винтарез и проверила магазин, — чтобы победить, нам нужно не просто убить их. Нужно сломать систему.

Серый кивнул:
— Сигнал идёт по контро-фарному (яз. программирования) скриптам. Старая обсерватория. Возможно, оттуда всё и управляется. Но я их путаю и перевожу на подзаборный якорь старого бункера. Так что хрен им, а не генеральская должность.

Медведь хлопнул её по плечу:
— Вот это моя Лира. Готова к драке.

У стены старого бункера зоны раздался вой — не яростный, а протяжный, почти тоскующий. Псы ждали. Но теперь Лира знала: они не враги. Они — орудие. Как и сны, которые они насылают.

И эта мысль давала ей силу...


Конец главы.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ…