Берётся символ от Ханоя

Вот Бог Оно и боги Ноя,
Богиня и весь сонм богов.
Берётся символ от Ханоя
И взвесится среди оков.

Она в ковчеге у Геона,
Как поплавок висит в воде.
Клюёт, вибрация весома
И волнами ведёт к беде.

Где Август осеняет тайно,
Берутся локти всяких мер
И 10 заповедей айнов
Снова для Бога ищут вер.

Рим, мир и иксы, игрек -
Где грех у Греции в отце
И в греко-римском тигле
Даёт мелодию в творце.

Дворцы, палаты, палисадник.
Арены битв, знакомый шум.
Где пеший или темы всадник
С крестом иль с пикой рун.

Есть небо, небеса от сана.
Есть земли, земли от личин.
Идёт пророчица Роксана,
Двумя поднятая с пучин.

Есть ненависть небес,
Любовь земная в роде.
Но в папстве поселился бес,
С причиной на заходе.

Закат лица скрывает,
Усталость сморит взор
И Мория цвета скрывает,
В подлунном царстве вор.

Все имена во месяц года,
Замесят тесто для весны
И 1 блин идёт для кода,
За ним по очереди сны.

И раз, два, три и свет
Стрелою входит в очи
И два чела в ответ
Откроются из ночи.

Лев вечер был, теперь рассвет.
Счёт дальше продолжает
И раз, два, три... Овен из бед.
Любить или убивает?

На счётах диски и пруты.
Считаем, оставляя имя.
Из семени растут сады,
Иафе дают тайну Сима.

И расцветай Земли личина,
Не ожидая Льва из Агнца.
Власть есть всему причина,
У чисел собственная станца.

Вот огород и город духа.
Дороги, путники, ослы.
Жужжа летает муха,
В фасетном зрении пазлы.

Число всегда первее Слова,
Распято имя на кресте
И троица идёт Пирова,
А двойка явится в войне.

Время идёт неумолимо
И меряет у вечности холсты.
Оно имеет своё имя,
Но прежде вечность - это ты!

А по неделу идут ники,
Они бездельники совсем.
Их созвали крести, пики -
На числе таком как семь.

В Тору вписанные знаки,
Рот зашифровал слова
И теперь штампует браки,
Чтобы тешилась глава.

А среда с кушей эмоций,
Где в согласии пророк.
Нам сравнили дни и ночи,
Чтоб прославился сынок.

И в почёте веры града.
В чёт, нечёт идут дома
И есть площади для стада,
Пьедесталы чина и вруна.

В пятнице явится царство,
В понтах Понтий и Пилат.
Производится коварство
И куётся темой меч булат.

А суббота ведь для Бога
И на рынке весь товар.
Будет мало или много,
Но в торговле есть навар.

Воскрешён "ИЕ" как город
И вот словно неделим.
Он в религию упорот
И рождает нефелим.

Все слова нам изменили
И Психея вредно ворожит.
В речи лики применили,
Кто-то очень дорожит.

Год как гад приходит снова,
В мессе у церквей застой.
Лунный город ищет крова,
Сома там бежит водой.

В святости идёт не дело,
Тосты шествуют к богам
И в распятии всё тело,
Вновь бросается к врагам.

Светлости полюбят лести,
Лоск и чистоту в полу
И играют словом чести
Для придворных на балу.

В производстве тайны вести,
Всё простое усложнит.
Вот слова идут для мести
И вбиваются в гранит.

Кто хранитель у Роксаны?
Где святитель смерти душ?
Чем зарежутся бараны?
И зачем земля есть Куш?

По неделу и без дела
Слов вода течёт рекой.
Незачем душе и тело,
Если разум вот такой.

Разделили и забыли.
Бытие, черта, потоп.
Главы Девы полюбили,
В десяти нашли итог.

И Енох вновь в Вавилоне,
Символы для Фарры Рыб
И предательство в Мавране,
Расу продают за белый хлеб.