История одного героя

Ты только не забудь, страна моя родная,
Как гибли сотнями за каждый метр,
Как перевязывали снегом раны
И грязью заполняли в стенах щель.

Как рушили в надежде, что построят,
Как убивали, чтобы защищать.
Как прорывались через каждый сантиметр боем,
Чтоб над врагом победу одержать.

Как тишина пугала больше, чем снаряды,
Как замирало сердце, чувствуя беду.
Как вспоминали сына, брата, дочь, отца и маму,
Чтоб хоть на миг забыть жестокую войну.

Ты только не забудь, страна моя родная,
Про то, как пострадала на войне,
Про то, как наши прадеды плечом к плечу стояли
И гибли сотнями за каждый метр.

Блокада Ленинграда, Ладожское озеро.
Группа связистов тянет провод через лёд.
Обстреливалось всё вокруг свинцовым облаком.
И прадед мой по льду тому ползёт.

Они ползут точно мишени в тире,
Под вражеским огнем таких же вот солдат.
И кажется, что в этом страшном мире
Никто уже не сможет защитить ребят.

Сначала первого, совсем ещё мальчишку,
Сразила пуля, точно ядовитая стрела.
Потом и у второго жизнь, как в страшной книжке,
Другая пуля враз отобрала.

И прадед в ужасе остановился,
От страха слёзы брызнули из глаз.
Но рядом старичок какой-то появился.
Помог он деду чудом смерти избежать.

«Сынок, не плачь, не нужно плакать, успокойся!
Опасно здесь под пулями лежать.
Давай мне руку, ну же! Ты не бойся.
Застрелят ведь, вставай. Не нужно смерти ждать.

Идём со мной, если один боишься.
Нам нужно провод дальше протянуть.
Связь обеспечить надо бы поторопиться.
Вставай, пойдём, я знаю краткий путь».

Он встал на ноги, хоть и видел, что умрёт.
Пройти всё озеро живыми нереально.
Враги, даже не целясь, с лёгкостью убьют:
Чтоб застрелить его, достаточно всего лишь взгляда.

Но прадед вдруг поймал себя на мысли, что идёт.
Не в полный рост, но движется шагами.
Они со старичком, что рядышком бредёт,
Не получили даже лёгкой раны.

Мой прадед провод вёл и чувствовал, что не вернётся.
Страх сковывал его, но он… дошёл.
А старичок исчез, как будто и не шёл с ним.
И дед после войны искал его, но так и не нашёл.

***
Вернувшись после в свой родимый край,
Он взглядом вдруг поймал знакомое лицо:
С иконы на него смотрел Святитель Николай.
И прадед мой узнал, кто спас тогда его.