Я всё ещё человек?

[Intro]

Иногда мне кажется,
что проблема не в мире.

А в том,
что я больше не умею смотреть на него
не анализируя.

[Verse 1]

Раньше всё было проще:
друзья,
музыка,
ночные разговоры на кухне,
Казалось,
жизнь — это что-то большое,
что однажды обязательно наступит.

Теперь любое знакомство
ощущается обменом социальных версий,
Где люди осторожно проверяют друг друга
на совместимость внутренних перверсий.

Я стал замечать,
как собеседник меняет лексику
в зависимости от статуса комнаты,
Как искренность исчезает из голоса
с той же скоростью,
с которой появляются камеры и знакомые.

И это не делает меня лучше —
скорее наоборот,
подозрительней,
Будто мозг превратился в архивариуса,
фиксирующего трещины в поведении жителей.

Я читал S;ren Kierkegaard —
и внезапно понял природу внутреннего раскола:
Человек способен прожить всю жизнь,
так ни разу и не встретившись с собой настоящим.

Мы постоянно играем:
сына,
друга,
работника,
партнёра,
мужчину,
Но кто остаётся,
если убрать из человека
все социальные функции?

И вот здесь начинается страх —
не громкий,
не кинематографичный,
А тихий,
почти медицинский:
что под слоями привычек
может не оказаться стабильной личности.

[Bridge]

Иногда сознание
похоже не на дом.

А на комнату допросов,
где ты одновременно
и свидетель,
и обвиняемый.

[Chorus]

Я всё ещё человек?
Или уже набор реакций,
страхов,
адаптаций,
психологических конструкций?

Потому что чем внимательней смотришь на себя —
тем меньше остаётся простых ответов.

И иногда собственные мысли
звучат так,
будто их произносит кто-то другой.

[Verse 2]

Я видел парня в метро —
он плакал,
уткнувшись в экран телефона,
Но стоило кому-то взглянуть —
лицо моментально вернулось в режим “всё под контролем”.

И в этом весь век:
мы научились скрывать распад идеально,
Соцсети сделали маски
не защитой,
а формой существования социальной.

Как писал Sigmund Freud:
цивилизация строится на подавлении,
Но никто не предупреждал,
во что превращается психика
при хроническом внутреннем трении.

Люди копят:
злость,
стыд,
зависть,
страх быть ненужным,
Потом удивляются,
почему мир вокруг становится нервным и душным.

И я узнаю это в себе —
вот что пугает сильнее остального,
Не насилие,
не медиа,
не система,
а собственная готовность стать холодным.

Потому что когда слишком долго смотришь
на устройство человеческой природы,
Начинаешь понимать:
многие поступки совершаются
не из зла —
а из внутренней пустоты.

И это ломает сильнее,
чем любые политические теории,
Потому что зло перестаёт быть “чужим”
и становится частью общей биологии.

;

[Bridge 2]

Иногда я скучаю
по старой версии себя.

Той,
которая ещё умела
не задавать лишних вопросов.

[Final Chorus]

Я всё ещё человек?
Или просто сознание,
которое слишком долго смотрело в трещины мира?

Потому что чем глубже анализ —
тем труднее чувствовать себя живым,
а не собранным из наблюдений.

И, может быть,
самая страшная вещь —
не потерять разум.

А потерять способность
снова быть простым.

[Outro]

Наверное,
некоторые двери внутри психики
лучше было не открывать.