Стреньбрень молодящаяся

Бежала стреньбрень с горошком,
Вздыхала стреньбрень о прошлом.
Как горька моя доля судьбинушка,
Как закралась; неволя старинушка.
Я теперь никому незнакома,
Одолела кручина кручинушка
И хоромы мои не хоромы,
И скотинка моя не скотинушка,
И дрожу я пугливой, осинушкой.

Сторожит паук, – плетёт локоны,
Всё тайком себе втихомолочку.
Уловляет мух, – кладёт в коконы
Беззаботных дур – сиротинушек,
Только шут горох, охать-охает,
Да пищит себе, тихо-тихонько.
По святой Руси – похоть-топает,
Не гудят гудки, – скоморошины…
И не тешат братки, – коробейники,
Лишь гуляет тоска забубённая
Донимает Русь – Лихо-лихонько.

Кому сказатеньки, на воле, волюшке
Стыд и срам один, – коплю грошики,
Кому семечки, кому венички,
Не допросишься сольной, солюшки.
А была красна – пекла бублички,
Пирожки пекла, пекла сырнички.
Отошла весна, – пришла зимушка,
И не греет уст – хладна кровушка.
Вся ушла в раскол в закоулочки,
Вся закуталась в схиму, вдовушка.

Не поют теперь гимны дырнички
И не просят избы – силы-силушки:
«Ты изба моя,
Ты дыра моя,
Ты спаси меня в ратном полюшке,
Ты утешь меня в горькой долюшке,
Проводи в венце до могилушки»

Ох, не пахано – поле-полюшко,
Не томит хлыста, страда страстная,
Вся не выпита, боль до донышка,
Вся докука дней самовластная.
Не пришло ещё царство небесное,
Не дарит ещё нива сторицею,
Непогодушка хмарная выдалась,
И купец не вошёл в ушко тесное,
И глядит заря, – верблюдицею
Браги пиво, – духовное выдохлось.