Она была неважной для него

Она была не важной для него,
Но явно слишком вожделенной.
Словами выжигал  её нутро
Хватая за душу мгновенно.

Она доверчива была,
Порою даже уж чрезмерно,
Ей жизни сладкого вина
Испить хотелось непременно.

И закружилась голова
В объятьях страсти быстротечной,
И пронеслась её судьба
Минутой шалости беспечной.

Свои слова не отрицал,
Когда она ему звонила.
Он просто молча пропадал.
Как же тоска её душила!

Закрыв на боль свою глаза,
Она его уже любила,
Как никого и никогда
Ждала, что только было силы.

Он возвращался непременно
И речи жарко говорил,
И было ясно совершенно
Он сам не ведал, что творил.

И закрутилась череда
Приятных радостных мгновений,
Ни мало-много — на года
Жестоко редких проявлений.

А после встреч, как будто плетью
По коже высекали раны,
Душа, запутанная сетью,
Бежать пыталась из капкана.

И эта  боль не умолкала,
Жрала всё тело разъярённо,
Тогда она ему писала,
Своё письмо ожесточённо.

Ей так хотелось попросить,
Быть повнимательней и рядом,
Но вместо этого убить
Лишь получилось горьким ядом.

Теперь судья её на суд
Ведёт в оковах пред народом.
И приговор звучит из уст:
Освободить, беги с восходом!

И никогда не позволяй
К себе так гнусно относиться,
И не на шаг не подпускай
Людей, способных отступиться.

И близким не считай того,
Кому совсем не интересно,
В каких мученьях без него
Тебя терзает бессловестно.

И не выпрашивай любовь,
Звонки, свидания и встречи,
Ведь тот, кто хочет быть с тобой
Твою  душу не  покалечит.

Она бежала и, рыдая,
Глотала правду на ходу,
Но постепенно принимая
Её счастливую тропу.