Она жила на кураже,
И так уже не первый год,
Не всякий, может быть, поймёт,
Ловила кайф на вираже.
Поступок каждый её был
Какой-то запредельный риск,
Как будто ожидала приз,
Или проверкой стал для сил.
Любовь однажды потеряв,
И обманувшись в жизни дважды,
Ей стало всё уже не важно,
Она жила, душой устав.
Опасный трюк на спинке стула.
Глаза плотнее завязав,
Страховку для себя не взяв,
Не сняв туфлей, она шагнула.
Летать несчастным не дано,
А стулья падали, ломаясь,
На щепки тут же рассыпаясь.
Финал для грустного кино.
Свидетельство о публикации №126052103492