Пьяный сторож музея

В кулуарах мёртвого поэта
Спит в витрине сломанный лорнет.
Я — хранитель пыльного секрета,
Полубог за пару звонких монет.
Мой графин пустеет слишком быстро,
Муза щурит гипсовый свой глаз.
Выпьем, барин, за былые искры,
Что давно покинули Парнас.


Сквозняки качают шторы плавно,
Тени пляшут свой нелепый вальс.
В этом доме всё давно исправно —
Всё мертво, всё замерло без нас.

Припев
Ах, интеллигенция, тонкие запястья!
Чай из блюдца, томик Бомарше.
Сторожу достались лишь осколки счастья,
Да портвейн, согретый на душе.
Спит музей, сова в окно стучится,
Блики от лампады на стене.
Мне сегодня снова не лежится —
Пушкин тянет рюмочку ко мне.


По паркету скрип шагов неровный,
Это я обход вершу ночной.
Собеседник мой — камин холодный,
Да паук, висящий надо мной.
Экспонаты дышат нафталином,
Спит в шкафу забытый всеми гений.
Я же притворяюсь исполином
Среди этих карточных строений.


Эй, вы там, в багетах, что притихли?
Выходите, будем пить на брудершафт!
Жизнь прошла, а вы так не привыкли
Покидать нарисованный ландшафт.
Ваши драмы нынче — просто строки,
Мой же сплин — в гранёном хрустале.
Вы, как боги, в вечности жестоки,
Я — живой, на этой вот земле.



Припев
Ах, интеллигенция, тонкие запястья!
Чай из блюдца, томик Бомарше.
Сторожу достались лишь осколки счастья,
Да портвейн, согретый на душе.
Спит музей, луна в стекло стучится,
Блики от лампады на стене.
Мне сегодня снова не лежится —
Моцарт тянет рюмочку ко мне.


Спите, гении, я буду на посту.
Только вот допью свою беду...