Черный лебедь в белом пальто

По кривой брусчатке, мимо булочных и касс,
Где трамваи по утрам глотают пыльный квас,
Шел некто в белом драпе, протирая свой монокль,
В голове его крутилась несыгранная роль.
Он прятал перья черные в крахмальный воротник,
К таким метаморфозам этот край еще не привык.

Припев
Эх, лети, пернатый гений, в свой картонный водоём!
Мы с тобой чудные сказки под гитару пропоём!
Бело-чёрный диссонанс, философский экипаж,
Ты прохлопал свой аванс, мой изысканный мираж!


Он заходит в бакалею, просит двести грамм стихов,
Продавщица, онемев, ссыпает ворох глупых снов.
Птица прячет клюв в салфетку, поправляет свой берет,
Он вчера покинул шлюзы, он сегодня — декадент.
Лапы с перепонками скрывают башмаки,
Интеллигенту крылья — совершенно не с руки.


А на площади зеваки тычут пальцами в стекло:
"Посмотрите, это враки! Птицам в шляпах тяжело!"
Но презрительно и гордо, через лужи и плевки,
Он несет резную трость, сжав крыло из-за тоски.



Припев
Эх, лети, пернатый гений, в свой картонный водоём!
Мы с тобой чудные сказки под гитару пропоём!
Бело-чёрный диссонанс, философский экипаж,
Ты прохлопал свой аванс, мой изысканный мираж!


Остановка. Ночь пустая. Ветер шляпу уволок.
Чёрный лебедь улетает. В белый, чистый потолок.