Чёрный бархат

Когда черный бархат твоей души
глубоко коснулся моего сердца,
Я ещё не знала, что за красивым лицом
меня будет ожидать настолько
гнилое уродство внутри тебя.
Я смотрела в твоё самое прекрасное
отражение и была безмерно влюблена в тебя.
Кажется, в тот промежуток времени
я любила не тебя, а твои красивые глаза,
твою безупречную внешность без души.
Ты был жесток, в тебе не было ни капли нежности.
Чтобы добиться твоего расположения,
мне будто нужно было заслужить эту любовь.

А она всегда была не взаимной.
И дело никогда не было во внешности.
У нас с тобой самые красивые черты лица,
И только один из нас ходил
с самым гнилым и грязным сердцем.
Только у одного из нас не было души и сердца.
Тебе не были нужны слова,
Ты бы их все равно никогда не услышал.
У тебя не было сердца, чтобы почувствовать,
Души, чтобы его увидеть,
И открытых глаз, которые бы заметили
Черный бархат, который так сильно меня привлекал.
Оказалось, что я тоже была слепа рядом с тобой.
Кроме твоей внешности мне ничего не нравилось в тебе.

Я выбрала тебя по внешним параметрам,
Не оценив твоего сердца,
которого у тебя никогда не было.
Моя ошибка была пустить тебя так глубоко,
Что ты разбил внутри меня всё
И ничего после себя не убрал.
Мои расколотые части
Дали те трещины в моем сердце,
По которым пошли мои новые узоры сердца,
И все они были в моих объятиях сердца.
Я ожидала, что спустя время ты полюбишь меня,
Но ты меня даже не знаешь, не знал ни тогда,
ни сейчас и не узнаешь потом.

Насколько ты был красив внешне,
Настолько ты был жесток и уродлив внутри.
За каждым твоим разбитым сердцем
Ты хотел расколоть моё собственное.
Тебе причиняли боль, и поэтому
ты хотел причинить её мне.
Я вспоминаю, как ты был груб и жесток со мной.
Никто не обходился со мной так, как ты.
Никто не позволял перейти эту чёрту.
Моя любовь к тебе напрочь стерла эти границы,
И ты их нарушил, и не раз.
Даже ни разу не извинился за своё поведение.
Ты никогда не просил прощения.
Для тебя это норма твоего поведения,
А для меня причина, по которой
я отсекаю людей вокруг себя.

Они больше не появятся в моей жизни.
После первого рубежа они останутся позади,
И я больше не верну их.
У меня есть всё, что я могу сама себе дать,
и не ожидать этого от других.
Я не возлагаю на них свои надежды.
Я иду одна, даже когда тяжело и больно.
Внутри всё болит, но я улыбаюсь, не подавая вида.
Когда моё сердце расколото и мне больно,
Внутри меня тысячи рубежей,
За которые я выхожу, притупляя свою боль.
Каждый мой новый выход становится моим ростом,
Черным бархатом моей души, где в темноте
я подсвечиваю ярко свои внутренние раны.
В этой темноте они дышат и заживают на поверхности.

После тебя я ни с кем свой мир не разделяла.
Я становилась сильнее с каждым разом,
Чтобы на всё хватало сил.
Я привыкла быть одна, решать всё сама.
Мне придавало сил решать всё самой,
Не надеясь, ни на кого, не ожидая ничего.
Я выбрала себя, когда меня никто не выбирал.
Энергия поднималась дальше, глубже, выше.
Всё, на что однажды я решилась пойти,
мне придавало сил идти вперёд,
Не оглядываясь назад; моя энергия,
как волны, глубже поднимали меня,
Выравниваясь с каждым разом.
Я становилась сильнее день ото дня,
Набирая свою внутреннюю мощь.
Я шла одна, была в тишине своего сердца.

И была уверена, что всё внутри себя
Преодолеть смогу каждый новый рубеж моего сердца.
Выводил меня в одиночество своей души
И разговор наедине с собой по душам,
С кем я никогда не говорила, и поэтому
на глубине своей души я его с собой разделяла.
Когда никто не приходил,
я садилась одна за стол своей души
И разделяла его с собой наедине.
За стол моего сердца никто не садился,
И я сидела в нём одна, не с кем его не разделяя.
И мысленно эти диалоги сердца
выводила как круги по своему сердцу,
Раны превращая в красивые замыкающие узоры,
Как ограждение вокруг себя.
Я так сильно обожглась на своих чувствах,
Что я сильнее притупила, сильнее сжала,
Сильнее ожесточила, боясь получить ещё ожог внутри.
Я держу дистанцию внутри себя как можно сильнее.

Я всё чаще плакала, находясь одна.
Я вижу, как моя осторожность стала
Холодной, неприступной границей,
И её я не могу разморозить.
Не могу перейти эту черту, там где
я однажды сказала нет себе и нет другим,
Там, где я предпочитала холод
вместо открытых чувств,
Где я не позволяю стать видимой
и открытой для других.
Моё сердце стало закрытым,
а душа — холодной и неприступной.

Ко мне нельзя просто так подойти.
И этот страх на каждый чей-то шаг
Я делаю три шага назад и не делаю
шаг вперёд навстречу другим.
Я не могу перейти через
ту чёрту, которую сама поставила.
Я лишь молча наблюдаю за тем, что
я однажды упустила и потеряла,
Разбившись о ту боль сердца,
в которой я получила самый
сильный ожог моих ран.
Они стали самым красивым
и черным бархатом моей души.