Ласточка

Все дороги ведут на Московский вокзал,
Хотя код приложения для составления натальной карты мне другое сказал:
"Убирайся из родного края ты прочь.
Не найдёшь ты здесь одухотворения."
Вот поехал в столицу, но вернусь домой в ночь,
Даже не взяв в дорогу печенья.
Салденсом вечерним ещё расслаблена голова,
Но мальчик в салоне сказал маме: "Вава, вава, вава",
Мне показались занимательными эти слова.
Там же были ещё Жилмар, Джалма и Нилтон Сантосы, Гарринча и Пеле.
До того момента мне казалось, что я путешествую налегке.
С сумкой, наполненной паспортом, блокнотом и осенью,
Но меня сбила с толку эта Бразилия-58.
Все несла меня в неведомые края,
Где не болела от ипы ещё голова,
Я не знал вкуса хмеля, но прикоснулся к величию,
Мне было лет 10-11, но я был амбициозен до неприличия.
Бил с правой точно прям в нос,
Верное знамя модерна гордо над головою нес.
Клял себя многократно, что не хочу иного,
Как быть таким же крутым как те пацаны из 58-го,
Что размотали наших с Яшиным, англичан и швецию,
Французов треклятых и прочую Грецию.
Я вернулся в тот мир легендарных страниц,
Что мое ДНК наполнял градом величия неземного частиц.
Устами младенца говорила истина,
Но вот незадача, мною все переписано,
Определенно не в мою пользу,
Потому что мне почти 37, Ласточка на Москву, осень.
Багаж неудач и ошибок, глубых сшибок
Давит на позвоночник, что стал слишком зыбок.
И сложно оторваться от мутной делюги,
А муза свой персик несёт из Калуги.
Всё чтобы встретить меня дебила скорее,
А я загоняюсь, на ласточкиных крыльях сижу на измене.
Брюнетка сердечная, пышнотела, успешна, мила,
Но что-то сбивает мне сердце, там завтра была зима.
Зима термоядерная, страшная, пургу закрутила, свинина,
Я давно не достоин той девочки, мне готовят уже гильотину.
Уже намучена мною тина,
Бездна, небытие, пучина, трясина
Пока не поглотила, не взяла на мушку,
Пожалуй, закрою себя на замок, даже для моей пышногрудой подружки.
Выпью пару Мартини с тоником по акции.
Мы обнимемся на прощание, улыбками закончится декламация,
Я подумаю, почему не встретил её в году так 12-м,
Когда она пила Блейзер в Щегловке, а я бросил Ягуар и фрустрацию.
Горечь залью портвейном бристольским по очень приятной транзакции,
Моя культура проиграла разгромно цивилизации.
Кстати, ранее я снял об этом кино и отправил его на фестиваль.
Потому что особо уже ничего не жаль.
Ведь без этой девочки даже под град оваций и сантиментов,
Только я закрою глаза, судить меня будут Жилмар, Вава, Зизи, Нилтон и Джалма Сантосы, Гарринча и автор той книжки из детства по имени Эдсон Арантес Ду Насименту.
05.05.2024.