Здравия желаю

Основано на реальных событиях

Несмотря на тяжёлую депрессию,
Я старался оставаться на позитиве.
Продолжал писать стихи,
Зачитывал товарищам андеграунд,
Их разъ*бывало.
Прапорщик был лютым извращенцем.
Постоянно называл нас пидорасами
И грозил своей булкой с маслом.
Наверное, сам был старым пидорасом.
Он орал:
«Вы что, совсем охуели?
Забыли как батькина ширинка пахнет?»
Были ежедневные построения,
Иногда в казарме проводился телесный осмотр на наличие или отсутствие побоев. Раздевались догола.
В субботу день уборки — ПХД.
Швабру в руки и ху*ришь полы, вместо унитазов «Очки».
Потом «баня». Душ под тёплой водой раз в неделю, еб*нуться можно. Поэтому, приходилось мыться в ногомойнике под холодной.
Ежедневные марширования, патриотические песни, гимн, заезженная до дыр «Катюша».
Я угарал с «инвалидов», которые не умеют правильно завязывать шнурки на берцах.
Разрешены были только кнопочные звонилки (тапики), которые выдавали с семи до девяти вечера, чтобы позвонить родным.
Пацаны шкерили смартфоны
(лопаты) кто куда. Под матрасом палевно, сержанты периодически устраивают шмон.
Меня хотели сделать каптёром, подготавливали к этой должности.
Но я знал, что не судьба.
В столовке кормили очень вкусно и очень много.
Всякий раз, когда давали булку с маслом, мы вспоминали того прапорщика-извращенца и дико угарали.
Порой, давали жареную скумбрию
— мерзость, реально мерзость.
Но пару раз в неделю давали
ох*енные жареные пельмешки.
Мне иногда везло не попадаться на «чернуху». Отправляли в автопарк и я про*бывал там целый день.
Ложишься спать в десять вечера и начинается цирк-шапито. Кто кашляет, кто ворочается и скрипит кроватью, кто пердит. Блять.
Это не описать словами.
Это нужно прожить.