Падшее

Что скулишь, как сука, жалкая душонка?
Сколько лет бродила без меня в потёмках?
В темноте искала хоть немного света,
Потихоньку тлея, словно сигарета.
Пеплом рассыпаясь среди тёмной ночи,
Сквозняком терзаясь то до дыр, то в клочья,
Тонкою вуалью, дымкой сизо-серой
Растворялась тихо под луною спелой.
Ты ж почти эфиром невесомым стала,
Ты себя всю стёрла, сносила, истерзала.
Что ко мне стучишься в полумраке ночи
И меня терзаешь, разрываешь в клочья?
А душа молчала. Что тут скажешь против?
На прощанье только взгляд печальный бросив
И задёрнув шторы, вышла сквозь окошко.
А на адрес этот мчится неотложка.
Нет, не будет смерти — точно откачают,
И бездушных тоже скорая спасает.
Ей не важно, в общем, как он жить-то будет
Среди своих серых монохромных будней.
На ноги поставят, выпишут лекарство.
Пусть живёт в обиде, злобе и мытарствах.
Сам же выбор сделал — не врачей ведь дело.
А душа звездою падшею сгорела
И уйдёт, наверно, не дождавшись срока.
Без души на свете жить всем одиноко.
Проскулив остаток монохромных будней…
Кто как душу предал — с теми так и будет.