Дюна

Тебя воскресят из мёртвых слезы Весны пустыни
Тушканчик, рыжая мышка, избранный и мессия.
И непослушные кудри суровой Весны пустыни,
Когда ты при всех назовешь императорской дочки имя,

Сокроются. Снова на север. Снова верхом, и скалы.
Песок в глаза. Насекомые. Знакомые люди, старые, -
Все уезжают в рай, и все пойдут за тобою
За (твоей) Преподобной матерью и её волшебной историей

Рыжая мышка, тушканчик, что же с твоими глазами
Ты испиваешь яд - и плевать, что тебя не станет?
Скажи "до последнего вздоха" и в ту же секунду исчезни
Иди же в свою преисподню - веди мой народ в поднебесье

Ты спросил Преподобную, можешь ли ты вслед так же -
Вместить слезы жен и дочек, униженных и пропавших?
Опасна для неё тяжесть их многолетних историй,
Тебе же она смертельна. Но выбираешь горе

Южные земли - шелест религиозных старших
Ваша легенда - наша, наша печаль и жажда...

Я тебя научила, как выживать в пустыне
Ты же при всём народе
Назовешь не моё
имя