Суд совести. Повесть

Я убил его вольной волею, А за что, про что — не скажу тебе, Скажу только богу единому.
М.Ю.Лермонтов.

Суд совести.

Повесть.

  Олегу, сидящему в одиночестве на тихом берегу, ярко освещенном луной, впервые в жизни от бессилия и навалившейся на него, как тяжелый груз, тоски, захотелось плакать. Домой не хотелось, ему был противен дом, который утопал в роскоши, оттолкнув его возлюбленную, опустошил душу. Он в последнее время жил в одиночестве и думал об Анне, в отношение, которой проявил бесчестье и с болью вспоминал свое падение.

- Я сейчас буду купать коня, а потом сам чуть поплаваю, если хочешь, искупнись тоже, - раздеваясь, предложил Олег, Анне. -  Понимаю, стесняешься, вот там дальше кусты, и никто не увидит, а я смотреть не буду, только осторожно, а то здесь течение очень сильное. Она послушно ушла, после купания он отпустил коня пастись, а сам лег в тени под акациями, ожидая Анну.  Вдруг он услышал её истошный крик, быстро побежал в ту сторону, откуда доносился голос Анны, она стояла раздетая, руками прикрывая груди, и никак не могла дойти до своей одежды.

- Олег, осторожно, там, рядом с одеждой, огромная змея. Олег осмотрелся и увидел свернувшуюся в клубок гюрзу, которая от брошенного камня забеспокоилась и отползла в кусты. Он отвернулся, чтобы дать Анне возможность спокойно одеться. Одевшись и обняв за шею Олега, все ещё дрожа от страха, она хотела скорее отойти подальше от места, где только что была змея. Олег, взяв её за руку, повёл по берегу.
- Да не дрожи ты так, она больше не вернётся. Наверное, грелась на солнце, а ты её встревожила, - успокаивая её, смеясь, сказал Олег.
- А какая она змея и, наверное, ядовитая, да?
- Да, это гюрза, из семейства гадюк, очень ядовитая, да и хватит об этом, давай, немножко посидим в тени, когда ты успокоишься, тогда и пойдем домой. Но она была озабочена тем, что оказалась неожиданно в глупом положении, что Олег её увидел совершенно голой, боже мой, какая срамота. Он, обнимая её за плечи,  притянул к себе, еще сильнее прижимая её к себе.

- Ты сейчас меня задушишь, давай, посидим в тени, а то меня бросает в дрожь, наверное, замерзла, прижимаясь к нему, тихо прошептала она, но он её уже не слышал и, опрокинув её голову назад, начал страстно целовать в губы. Она не сопротивлялась и не могла устоять перед его страстным порывом  и тихо легла на спину. Он, расстегнув пуговки на её платье, одной рукой тискал её грудь и начал жадно целовать соски, слегка покусывая их.
- Что ты делаешь, ведь кто-то увидит, опозоримся же, - издавая стоны, взмолилась она, но он уже не мог остановиться, плотно смыкая её рот горячими губами, дрожащими пальцами продолжал тискать грудки… Анна, дрожала, её тело горело, будто охваченное внезапным неведомым бушующим огнём, огнём страсти.

  Мать Олега, Марина Ивановна, после возвращения его и Анны, почувствовала перемену в их отношениях и поняла, что-то необычайное произошло между ними. Анна, взяв чистую одежду, ушла  в маленький домик в конце сада, который использовался для стирки и, чтобы помыться, для этого летом пользовались водой, нагретой на солнце, а при необходимости использовали маленькую переносную чугунку для подогрева воды или же зимой чугунок с колонкой. Олег сам часто мылся в саду, обливаясь колодезной водой. Анна, помывшись, вышла из домика, на ходу причесываясь гребенкой.

- А почему ты такой мокрый сидишь, давай спину вытру, - подойдя ближе, спросила она.
- Не, мне так прохладно, я сам схожу в погреб за вином и айраном, а ты, Анна, принеси, пожалуйста, сыр, - вытирая голову, произнёс Олег.
- Служанка приготовила обед и накрыла на стол, подожди.
- Честно говоря, мне пока есть не хочется, а ты у матери спроси, не голодна ли она? У Олега было скверное настроение, он корил себя зато, что насильно овладел ею, этой юной беззащитной девушкой, даже не спросив её, любит ли она его? А что, если нет? Она ему нравится, но он не сможет жить с женщиной, которая его не любит, надо же, откуда-то взялся этот неуправляемый, животный инстинкт, превратившийся в необузданную похоть, задев мой рассудок, повиляв на поведение, а каково теперь ей? он не понимал, как горец и как отставной ротмистр русской армии, наконец, как горский князь - мелик, для, которого честь превыше всего, как мог этот постыдный поступок себе позволить и опозориться. Анна принесла сыр, фрукты и, положив на стол, тихо произнесла:

- Ты извини меня, Олег, я пойду, немножко прилягу, что - то мне нездоровится, - и тихо ушла в дом, где было прохладно. Марина Ивановна, выйдя с сад, с укором посмотрела на сына.

- Анна что, заболела? - осторожно спросила она.
- Мы купались, может быть, простыла, да, она еще змеи испугалась, это нервное, пройдет, - неохотно ответил Олег, несмотря на мать. Выпив большой бокал холодного вина, он пошёл в конюшню, чтобы задать овса лошадям  вперемешку с мелко нарубленной свежей травой. Анна не вставала, к вечеру у неё начался жар, войдя в дом, Марина Ивановна нашла её в болезненном состоянии,  Её лихорадило, она бредила, увидев её таком состоянии, мать Олега испугалась, с криком выбежав во двор.

- Олег, где ты, Анна заболела, у неё жар, сейчас же позови военного фельдшера, который живёт по соседству, - растерянно закричала Марина Ивановна. Олег не стал  мешкать, выйдя за ворота, побежал за деревенским фельдшером, который  жил недалеко, но часто выпивал, но свое непростое дело знал хорошо, лечил всех бескорыстно. Фельдшер был занят, он перевязывал рану на ноге маленькой девочки и Олег, подойдя ближе, с нетерпением ждал, когда тот закончит перевязку.
- У девушки моей сильный жар, бредит, выручай, пожалуйста,- в сильном нервном возбуждении выпалил он.  Фельдшер, внимательно осмотрев, Анну, дал ей жаропонижающий порошок.

- Скоро полегчает, это не солнечный удар,- загадочно произнёс он, - постоянно давайте ей обильное питье, а я пока буду здесь, - успокаивая их, произнёс он и вышел на улицу, чтобы покурить. На столе увидев кувшин с вином, вопросительно посмотрел на Олега, и, выпив полный бокал, громко крякнул от удовольствия.

К вечеру Анна очнулась и окончательно пришла в себя, все это время рядом с ней безотлучно находились фельдшер и Марина Ивановна. Деревенский фельдшер дал еще жаропонижающего порошка Анне.

- Марина Ивановна, желательно, чтобы она что-то покушала, это необходимо, - обращаясь к ней, весело произнёс фельдшер, - теперь-то она поправится, это точно. В это время зашёл Олег и попросил мать принести бульон, чтобы покормить Анну. Фельдшер вдруг громко засмеялся, он искренно радовался своей победе, ни к кому не обращаясь, вышел на улицу и пошел домой, это была его очередная победа, и он гордился своей работой. Приподняв  голову Анны, Олег, тихо шепча ласковые слова, кормил её ложкой свежим бульоном.

- Боже ты мой, как ты напугала всех нас, - целуя её бледные губы, шепотом произнёс он - теперь все будет по-другому, и я прошу меня извинить за мое похотливое поведение и сразу хочу сделать признание, я тебя очень сильно люблю! эти слова я никогда никому не говорил. Мы поедем в храм Метехи, который расположен на берегу реки Куры на одноименной скале, где живут мехетинцы. Был населён ещё при Вахтанге Горгасале. Там и обвенчаемся. Вдруг она громко разрыдалась, так громко, что даже прибежала Марина Ивановна.
- Олег, что опять ты сказал ей, что она так  расстроилась и заплакала, а? - А куда наш лекарь-то делся? - удивленно спросил Олег.
- Он очень долго хохотал и, ничего не говоря, пошел домой.

На долину с гор опускался густой туман, принося с собой прохладу, медленно стелился над рекой, окутывая своим холодным дыханием дома. Полная луна готовилась к рождению месяца и среди тысячи мерцающих огней, плавая по небу, искала убежище.

  Анна от нервного перевозбуждения полностью оправилась, она знала причину своего болезненного состояния, это понял и опытный деревенский фельдшер. Он знал, что это её первое половое отношение с мужчиной и присуще всем девственницам, её внезапное заболевание только для Олега осталось загадкой. И Марина Ивановна тоже догадывалась, что причина её болезни только в этом. А дальше то, что? Потом она поговорит с Олегом, и как следует. Все трое сидели в саду и ужинали.

- Анна, давай, завтра поедем в долину, наверное, бахчевые, овощи поспели, надо заниматься продажей, поголовье овец, крупного рогатого скота возросло, на зиму лишнюю скотину нужно продавать, все это мне надо организовать, поможешь мне? Никто сам не будет делать, раз сенокос закончили, пусть занимаются стрижкой овец и просушкой шерсти, скоро из города приедет оптовик и все закупит оптом, желательно, чтобы все для продажи было готово
- Успокойся, Олег, конечно, она тебе будет помогать, Анна, что-то ты совсем ничего не поела, А что, если попросить фельдшера, как его зовут то, кажется, Семён, пусть тебе поможет, конечно, за хорошую плату, может, он сможет совместить эту работу со своей основной работой? Он же на службе не состоит, а всех лечит добровольно, ты просто поговори с ним, может, и согласится, - спокойно произнесла Марина Ивановна.
Фельдшер сидел с женой в саду в беседке, бренчал  на балалайке, тихо пел грустную песню, увидев соседей, очень обрадовался и тут же, обращаясь к жене, попросил её сообразить насчет выпивки.

   Утром мать Олега, с укором смотря на сына, с обидой заметила:

- В доме семь комнат с прекрасной обстановкой, а ты, как абрек, её на веранду тащишь, позор! Он не ответил матери, покраснев, вышел из дома.

Теперь, понимая, что они уже в близких интимных отношениях, Марина Ивановна, желая счастья для единственного сына, хотела, чтобы им было хорошо, и в этом доме они могли быть счастливыми. Да и Анна ей очень нравилась, красивая, чистоплотная и добрая вот только очень молода и не опытна, но опыт дело наживное, и со временем придёт. Для чертога любви выбрали самую большую дальнюю комнату, которая тоже была меблирована, и утопал в роскоши, стены и пол были украшены персидскими коврами ручной работы, в углах стояли старинные двухстворчатые шкафы для посуды и белья, у стены мягкий широкий диван для сиденья и сна с приподнятым изголовьем, обитый красным бархатом. Вся столовая посуда была покрыта тонким слоем золота, что придавало ей золотистый оттенок, с дивной каймой по краям, такая редкая, уютная сказочная обстановка настолько сильно задела Анну, что она расплакалась и начала растерянно лепетать:

- Анна Ивановна, я сирота, к такой роскоши не привыкла и мне, право, совестно, я не стою всего этого и не достойна Вашего сына, я завтра же должна уехать к дальней родственнице, которая живёт на берегу реки Терхена, - истошно рыдая, произнесла она, закрывая лицо руками. Все были поражены таким поворотом событий, а Марина Ивановна даже присела от неожиданности, Олег с потерянным видом смотрел то на Анну, то на  мать, не понимая, что же происходит.
- Я тебя полюбила, Анна, ты мне напоминаешь мою дочь, и Олег тебя любит, зачем нам кого-то из богатой семьи, если не будет любви и счастья? Вас сама судьба свела, живите вместе, любите друг друга, и ты родишь ему много детей, ведь я очень старая стала, хочется внуков, клянусь тебе, никто тебя притеснять не будет, и ты в этом доме будешь счастлива, - держась за сердце, тихо произнесла мать Олега. Анна, не выдержав её жалостливого вида, выбежала из дома во двор, Олег обреченно пошел за ней, она сидела в беседке и тихо плакала.
- Анна, всё было же хорошо, я просто не пойму, что происходит, причем здесь твое сиротство, я же не какой-нибудь арабский шейх, который хочет заманить тебя в свой гарем, а простой горец. То, что ты  видишь, нажито многими поколениями и по воле судьбы досталось мне в наследство, потому что я последний в роду. Все мы - я, мои предки, служили российской короне, и все земельные угодья досталось нам по величайшему повелению, я потом тебе всё подробно объясню, - расстроенный случившимся, раздражаясь, произнёс Олег. Но она продолжала плакать, и он сквозь её слёзы едва улавливал отдельные фразы.

- Я тебе не чета, ты образован, богат, а я останусь такой же нищенкой и не образованной, какой и была, и ты, потом, разочаруешься во мне и меня выгонишь, хорошо, если одну, а если с детьми? Прошу тебя, отпусти меня. Он встал и, злобно посмотрев на нее, громко сказал: ну и уходи,- оставив её, ушёл и,  выйдя со двора, пошёл к берегу. Мир, свой счастливый мир, который он хотел создать, обрушился в одночасье, угнетало то, что он не понимал причину её внезапного решения, ведь все так было хорошо. Глупость или порыв отчаяния? Нет, ни то и ни другое, просто она поняла, что не сможет меня полюбить, но я-то её люблю, зачем ломать мне душу, разрушать все мои мечты, превращая их в химеру? это не честно, по крайней мере, не справедливо. Он долго бродил по безлюдному берегу, прислушиваясь к тихому шёпоту Куры. В это время Анна второпях, собрав свои пожитки, покинула дом, который её приютил.

  Олег сидел на берегу и смотрел на реку, водная гладь, освещаемая лунным светом, сверкала причудливыми отблесками, напоминающими сияние, откуда-то недалеко, из саманного дома, доносилась жалобная, полная печали, песня юной девицы, которая шла по берегу. Познакомившись с ней, он через неделю представит её матери.  Марина Ивановна недовольная с его поведением устала села на скамейку в беседке.

- Тут уместно вспомнить метафору Гамлета: Расчетливость, Гораций! С похорон На брачный стол пошел пирог поминный, так, Олег? Я ещё очень тяжело переживаю внезапный уход Анны. Бог её послал, и он же отнял,- с досадой произнесла она.- И в этом твоя вина, ты, как конюх изнасиловал её, и она не выдержала, ушла навсегда. Вот теперь Тамара.

         Прошёл год после ухода Анны.

 В один из зимних вечеров у ворот дома Марины Ивановны, остановилась мажара, наполовину наполненная сеном. Мажарой, запряженной двумя лошадьми, которой управлял старик с длинной клинообразной седой бородой. С ним была пожилая женщина, бережно державшая младенца, завернутого сверху в старый поношенный тулупчик. Старик долго стучал по калитке огромных ворот, пока никто не отзывался. Мимо мажары проходил приказчик Семён, он  и вынужден был спросить у старика, кто же им нужен. Вместо старика ответила женщина, сидевшая в мажаре, очевидно замерзшая, и старалась говорить внятно.

- В этом доме живёт Марина Ивановна со своим сыном Олегом?
- Да, в этом доме,- ответил Семён. Женщина бережно положила младенца и, с помощью старика, слезла с мажары.
- Если вам не трудно, позовите, пожалуйста, сюда Марину Ивановну, а то мы едем издалека и малость замерзли. Через некоторое время к калитке подошла Марина Ивановна. Увидев незнакомых людей, была крайне удивлена.

- Я Марина Ивановна, но я вас не знаю, может, вы ошиблись домом?
- Нет, Марина Ивановна, мы не ошиблись, меня зовут Лариса, я родная тетя Анны, которая имела несчастье, попав в ваш дом, и была совращена вашим сыном Олегом и родила мальчика, вот он, завернутый в тулупчик, ваш внук и потомок древнего рода, - плача, прошамкала она. Марину Ивановну чуть не хватил удар, и она вынуждена была, пошатнувшись, прислониться к воротам. Опомнившись, она приказала сторожу открыть ворота и впустить мажару и людей и, в сопровождении Ларисы, направилась в дом, на ходу велела сторожу пристроить лошадей в конюшню, задать им фуража, а старика проводить в дом. Женщину с младенцем она провела в свою комнату, и сама, взяв мальчика в руки, положила на диван.
- А где сама Анна?
- Она, бедная девочка, после родов померла от кровопотери, а мальчику уже два месяца от роду. Вдруг, Марина Ивановна качнулась и упала на пол, на шум прибежали Олег с Семёном, и фельдшер, наклонившись над Мариной Ивановной, произнес: обморок. Фельдшер смочил её лицо холодной водой и вынудил её попить воды, она медленно приходила себя, и никто не понимал, что же происходит. Олег помог, матери сесть на диван, и она, презрительно посмотрев на него, велела всем выйти вон. Зашла  новая служанка, знакомая Тамары Кристина, стоя у дверей, ждала указания этой властной женщины, которую боялись все.

- Приготовь горячую еду и принеси чистые простыни, продолговатый медный таз с теплой водой и позови ко мне Семёна. Там, в конюшне, старик, проводите его в дом и накормите. Как только появился Семён, Марина Ивановна со слезами молвила.
- Семён, молю тебя, прямо сейчас брось все свои дела и найди в деревне кормящую грудью младенца женщину, за любые деньги, ты наш лекарь, наверняка, знаешь таких женщин - матерей, срочно приведи кого-нибудь сюда. Марина Ивановна скинула с мальчика тулупчик на пол, и с Ларисой вместе начали его распеленывать. Их плёнками трудно было бы назвать, а скорее всего, обрывками белой грубой ткани, которые, к тому же, были мокрыми. Служанка Кристина принесла таз с теплой водой, и Марина Ивановна осторожно положила мальчика в теплую воду, и тут он заплакал. Вдруг, она увидела большое родимое пятно, родинку в левом паху, точно такую же, как у Олега. Она увидела и другие схожие приметы, и спазма перехватила дыхание у этой старой женщины, настолько младенец был похож на Олега. После купания они запеленали его в вырезанные из простыни Кристиной плёнки, закутав шерстяным пледом. Кристина пригласила Ларису в столовую, где уже за столом сидел старик, который постоянно потирал замерзшие костлявые пальцы.

- Может, вам выпить чего-нибудь горячительного, например, коньяка, с горячей пищей, быстрее согреетесь, - предложила Кристина.
- Не откажусь, доченька,-  ответил старик,- только, я его с роду то не пил. Кристина налила ему целый бокал и, обращаясь, к Ларисе спросила: может, и вам немного для того, чтобы согреться?

Наконец-то, вернулся Семён и привел молодую, очень привлекательную женщину, которая родила месяц назад.

- Скажи, доченька,- обратилась к ней Марина Ивановна, - твоего молока хватит ли на двоих, тут малец остался без матери, покормить бы его.
- Моему мальцу вполне хватает одной груди, а вторую приходится сцеживать, так что, обоим хватит. Как только Семён вышел, женщина вытащила грудь и взяла младенца на руки, тыкая соском ему в рот, он взял сосок и начал жадно сосать, иногда давясь.
- Вот ты и стала его кормилицей, как тебя зовут, и как далеко ты живешь?- Меня зовут Роксаной, и живу я недалеко.
- А большая семья у тебя, Роксана, - поинтересовалась Марина Ивановна, когда мальчик наелся и, немножко срыгнув, успокоился.
- Муж и я с ребенком, правда, он недавно уехал на заработки, и полгода его не будет, а ребенок пока остался с соседкой по дому, пока вы меня позвали, - робко ответила она. Марина Ивановна медленно встала, подошла к сейфу, взяла несколько денежных купюр и протянула Роксане.
- Это тебе за твою отзывчивость и за помощь. У меня есть одно предложение, пока муж отсутствует, ты не смогла бы, пожить у меня, кроме детей у тебя никаких забот не будет, ведь, сама понимаешь, его нужно кормить часто, а зачем тебе бегать туда-сюда, а? я в долгу не останусь, помоги нам, пожалуйста.
- Я ведь помогла малышу не ради денег и я их не возьму, хотя мы очень бедны, тут такое дело, и я не могу отказать вам в помощи, но мне требуется  собрать свои вещи и забрать ребёнка, а на это уйдёт время, - спокойно ответила Роксана.

- Это очень легко устроить, сейчас запрягут фаэтон, и с тобой поедет Кристина, поможет тебе собраться по-быстрому, а пока мы здесь тебе приготовим комнату, идёт? - Хорошо,- коротко ответила она. Сделав необходимые распоряжения, Марина Ивановна снова подошла малышу и никак не могла нарадоваться. Подошла и Лариса, она плакала, и Марина Ивановна обняв её, тоже начала плакать.
- Спасибо тебе, Лариса, за этот бесценный подарок, мне жалко, что Анну уже нет, что тебе в селе Агсу одной-то делать, оставайся тут со мной.
- Благодарю, но остаться не могу, там у меня дом, несколько овец, а кто за ними посмотрит. Берегите его, вашего потомка, вот какой подарок преподнесла вам бедная моя девочка Анна, завтра на рассвете мы уезжаем, если жива буду, летом приеду, - рыдая, говорила она.

- Кристина вам определила комнаты, отдыхайте, не обижайся, возьми эти деньги, они тебе пригодятся.
- Нет, они не заменят и не вернут Анну, только прошу тебя, не скрывайте от мальчика, кто его родила, кто мать, и вот этот браслет, подарок Олега, пусть напоминает ему мать,- плача произнесла Лариса, подойдя к мальчику, поцеловав его в щечку на прощание. Марина Ивановна осталась наедине с маленьким человечком, который был продолжением рода древних дворян - меликов, она также знала от гадалки, что от Тамары у Олега детей не будет, даже привела обидное слово, мол, она пустая женщина. Она дождалась, когда приехали Кристина и Роксана с ребёнком, и их, по её велению, поселили в конце коридора в самой большой и просторной комнате.

- Кристина, ты их проводи в ту комнату, завтра съездишь в город и в торговых рядах купишь две красивые детские люльки - кроватки, а потом пригласи Олега ко мне, но только без Тамары, - властно велела она. Пришёл Олег, остановился напротив  мальчика и, смеясь, спросил.
- Мама, здесь какая-то комедия разыгрывается, а нас с Тамарой даже не приглашают.

Она брезгливо посмотрела на него, как на мужика.

- Боже мой, проявите милосердие, сжальтесь надо мной, небеса, это мой сын, невоспитанный, невежественный человек, потомок древнего рода меликов, который напоминает мне мужика, еще хуже, мужлана, называя комедией рождение его сына, смерть шестнадцатилетней девочки от кровопотери после родов, которую он изнасиловал, насилием принудив её к половому акту. Ты помнишь о том, что у тебя в левом паху имеется родимое пятно, родинка, теперь, подойди сюда и внимательно посмотри, какое поразительное совпадение, которое не снилось бы даже трагикам, - возбужденно говоря, она осторожно откинула пеленку у мальчика, показывая сыну его левый пах. Он был потрясен, и сразу веселое настроение у него пропало.

- Может, это совпадение, Анна могла иметь половую связь и с другим мужчиной, -  равнодушно ответил он.
- Вот что я тебе скажу, ты больше в моем доме не живешь, никакими денежными средствами не пользуешься, я увольняю тебя, как слугу, и не хотела бы больше тебя видеть и лишаю тебя наследства, вот это комедия с трагическим концом. Как она могла иметь другую связь, если она безотлучно жила в селе Агсу с тетей, которая и привезла мальчика, и она всё рассказала ей, когда была при смерти, а? Ты больше гроша не получишь от меня, и шиковать тебе уже не придется. А где твоя совесть, или забыл, что она собой представляет? Добрая совесть - глаз Божий, ведь ты учился в Европе, в Москве изучал языки, я с детства старалась развить твое умственное начало, и, это тоже комедия, фарс? Хочу напомнить тебе, совесть мучит, томит, даже убивает, вместе того, чтобы стыдиться, осознавать свою вину, грех свой, и каяться, её смерть называешь фарсом и комедией и грешишь на Анну, вот это твоя циничная шутовская выходка. «Где я? Где? цепенеет мой ум», наверняка, по такому случаю говорил Некрасов. Где же твоя чистота души, или ты её замарал, когда насиловал Анну? Именно со своей нравственностью, нормами поведения гордился наш древний род, когда же ты успел похоронить в душе чувство милосердия, благородство, что есть мораль, правила для совести? Занятная комедия. Если не хочешь уходить один, забирай с собой и Тамару, по крайней мере, меньше зрителей будет. Я сама выращу его, сама буду воспитывать, и обучать языкам тоже, не хуже тебя, забирайте свои личные вещи и покидайте мой дом немедленно, и на городской особняк можешь не рассчитывать. Я не прорицательница Фемоноя, тем более, не жрец - оракул, и у меня нет гадательной книги, по которой гадают, и мои суждения не могут признаваться истиной, даже, пусть на житейском опыте.
Ай да царица Тамар, так искусно сыграла роль возлюбленной, что сама гетера из  диктериона позавидовала бы её артистизму, какое виртуозное, коварное притворство, она задушила бы любую в сговоре с Гекатой и ей помогала сама Эмпуса, да, да, та душегубка, властительница ночной нечисти.
Пожалуй, прав был Катулл: «но вот, увы, претят  уж ей твои ласки», «но ты несчастная, не раз о нем вспомнишь», прощай, сын мой, царица Тамар, не было любви к Анне, а на сновидениях, которые являются игрой воображения, семейное счастье не построишь, она так и осталась образом воображения в твоих снах, «Не верь лукавым сновидениям», как говорил великий русский Поэт…
Теперь позови ко мне Семёна, если он ещё хочет остаться приказчиком, - устало проговорила она. Он с потерянным видом покидал комнату матери, да это был его и Анны сын, и по срокам подходит, она меня не простит, и я искренно огорчен смертью Анны. Заходя в спальную, он небрежно буркнул лежащей на диване Тамаре:

- Собирай мои и свои личные вещи, мы уходим, и ни о чем не спрашивай, а где Семён?
- Он в столовой, со стариком разговаривает, - ничего не понимая, ответила она. Олег направился в столовую и, не смотря на Семёна, тихо произнес:
- Семён, тебя мать зовёт, она у себя в комнате,- и, взяв графин с коньяком, наполнив бокал, выпил и, в удрученном состоянии, возвратился в спальную, где Тамара собирала вещи.

- Семён, тебе нравится работа приказчика? - спросила его Марина Ивановна, как только он зашёл.
- Конечно, Марина Ивановна, - коротко ответил Семён.
- Я своего сына выгнала из дома, теперь он к моему имуществу и богатству отношения не имеет, теперь ты подотчетен только мне, я не буду вмешиваться в твои дела, у меня появились новые, более интересные заботы. Ответь на один вопрос честно и искреннее, помнишь, когда Анна у нас жила и у нее было сильное недомогание, оно могло быть связано с её беременностью?
- Именно так,- коротко ответил фельдшер.

  Приближалась весна, на склонах гор начал быстро таить снег, превращаясь в многочисленные ручейки, которые неслись грязным потоком вниз, постепенно затапливая долину. Гора Шхара курилась, выделяя туманную дымку. Солнце с каждым днём грело сильнее, и, по велению природы, распухшие почки деревьев начали распускаться, превращаясь в маленькие зеленные нежные листочки. Да, природа в этой горной местности была властительницей и над людьми, и над урожаем, а значит, и над их жизнью, поэтому, сельчане заранее готовились к её неожиданным сюрпризам. Они больше всего опасались, что эти перемешанные с грязью ручейки, вливаясь в Куру, возбудят её, пока дремлющий, безжалостный норов, и она, выйдя из своих берегов, затопит дома, принося немало бед, и молились, если это произойдет, то пусть до посадки яровой пшеницы, иначе, велика вероятность уничтожения будущего урожая. Кура, насытившись  впадающими в нее маленькими речушками, злобно шипела, набирая силу, поднималась выше и выше, стараясь дотянуться до самого края высокого берега. Сельчане обреченно смотрели на её бурлящие мутные воды, беспомощно разводя руками, и были бессильны предпринять какие-либо защитные меры. Многие уже готовили плуги, затачивая остриё, меняли ремни для запряжки упряжных животных, а те, у кого эти животные отсутствовали, сами запрягались в плуг и вспахивали свое поле…

  Моя Родина город Самтредиа на берегу буйной реки Риони, которая берёт свои воды с ледника Эдена, орошая Колхидскую низменность. Недалеко находилось низовья реки Риони, которое славится богатой разнообразной фауной и флорой. Низменность постоянно посещают даже египетские цапли, которые славятся неописуемой красотой и грацией. Я не торопился, решил пройти эти сказочные места, слиться с духом родной земли, вдыхать тонкий аромат лугов и полей, их душистый, приятный запах. Потом подняться на невысокие лесистые холмы и руками потрогать растущее в горах редкое железное дерево, вечнозеленый кустарник самшит, посмотреть плоды гирканского инжира. Я сидел на каменистом берегу реки Риони, где село Уплисцихе и делал эти наброски.

  Вечерело. Прохладный туман, опускаясь с гор на долину, смешиваясь с мерзлыми испарениями, создавал сырость воздуха, покрывая дома, деревья, молодую весеннюю траву инеем. Всё кругом начало индеветь, что без сомнения наносило порой непоправимый вред цветущим садам. Обнимался иней с росой...


Г. Самтредиа. Август – сентябрь, 2021г. Май, 2026г.м.м.Б.