Рабыня Богиня Королева Шлюха Блэкночь 21плюс!

 Мы сидим и смотрим с тобой телевизор —
 Кадры мелькают, а мне не до них.
 Ты гладишь и теребишь рукой мои губы —
 Медленно, большим пальцем водишь, то вверх, то вниз.

 Ты знаешь, как мне это невыносимо —
 Твои пальцы на нижней губе,
 Чуть нажимают, чуть тянут её вниз,
 Я сглатываю желание — оно становится невыносимо мне.

 Я сжимаю бёдра — там пульс моего ожиданья.
 Ты улыбаешься — только краем губ.
 Ты ждёшь, когда сорвёт меня моё желание,
 Ты хочешь, чтобы, как всегда, я сама нажала на пуск.

 Твой большой палец входит в рот — понемногу,
 Я сосать начинаю. Я в рабстве. Я сосу его, я твоя, твоя.
 И у меня начинают вырываться стоны —
 Я не могу дождаться, когда ты возьмёшь меня.

 Ты другой рукой уже гладишь нежно по шее,
 Спускаешься к ключицам, к груди — сквозь халат.
 Я уже не смотрю телевизор — я медленно тлею,
 И я чувствую, как начинает нарастать внутренний экстаз.

 Ты вставляешь два пальца в рот — глубже, глубже, до горла,
 Я задыхаюсь, а ты приказываешь: «Смотри в экран».
 Я уже ничего не вижу и не слышу…
 Я вся — твой пульс, я вся снова сексэкстаз.

 Ты вынимаешь пальцы, ведёшь по губе, по шее —
 Они влажные, скользкие и входят в меня внизу.
 Ты проверяешь, насколько готова я, на пределе,
 Насколько сильно я тебя жду и насколько хочу.

 «Иди сюда. На колени, — приказываешь. — Встань передо мной».
 Ты разворачиваешь меня, и знаешь — я подчинюсь.
 Я сползаю с дивана — я не владею собой,
 Я только чувствую твоего напряжённого жезла жар, пульс.

 Ты расстёгиваешь джинсы. Член — уже твёрдый,
 С головкой набухшей, с прожилкой внизу.
 «Открой рот». Я открываю. И — чёрт побери —
 Я люблю эту боль, эту власть, твой член… потому что хочу и люблю, люблю.

 Ты входишь — не резко, но сразу так глубоко,
 Я головку чувствую горлом, сжимая рукой твой корень.
 Ты за волосы держишь — нежно, но жёстко,
 И шепчешь: «Смотри мне в глаза. Я хочу видеть, как тебе хорошо и больно.

 Я хочу видеть, пока я беру тебя, детка,
 Как боль превращается в твой всепроникающий оргазм.
 Я хочу, чтобы ты знала: ты моя, лишь моя всецело.
 Я хочу видеть, как разжигает тебя моя страсть».

 Я смотрю в твои зрачки, где блёкночь,
 Где я — рабыня, богиня, где я королева и шлюха.
 Ты кончаешь мне в горло — льётся твой огонь,
 Я глотаю, я пью тебя — и это, наверное, сладкая мука.

 И от этих последних толчков твоих,
 Что сдавливают моё дыхание,
 По мне разливается и нарастает экстаз,
 И усиливается пульс невероятного желания.

 И только ты начинаешь в меня изливаться,
 Меня пробивает дрожью, и пульсирует всё внутри.
 Оргазм потрясает, начинает растекаться,
 А тело трясти — сквозь экстаз трясти.

 А потом — тишина и только наше дыхание.
 И телевизор всё говорит о чём-то своём.
 Ты целуешь меня в лоб, нежно спрашивая:
 «Что моей девочке хорошо? Когда мы вдвоём…»