Ну и денёк выдался...

  Товарищи шахтеры! Потеснее пожалуйста, потеснее! - выкрикивал парторг Дунюшкин по причине внеочередного собрания. - Потеснее, левое крыло, потеснее! Проходите от дверей к правому крылу. Потеснее, товарищи, потеснее! Товарищ Криворучко, пройдите в президиум! - продолжал командовать Дунюшкин, размахивая длинными руками, сверкающими изумрудными запонками.
  Когда полуторачасовое собрание подходило к концу, Начальник шахты Дерябин обратился к собранию.
               - Имеющие слово по существу, пройдите вперед!
  Желающих говорить не оказалось. Зал нетерпеливо гудел, как улей, желая поскорее выпорхнуть на воздух из духоты. Тут-то и подзудил лукавый Лёху Лопатина. Пробрался он к президиуму, повернулся лицом к залу и загремел:
               - Мужики! Короче! Я браво говорить не умею. Но по делу, как надо сказать скажу. Больше боевого часа мы слушали здеся эту мудистику. Один только Дунюшкин с полчаса махал крыльями. И так всегда - он машет, а мы летим, как на премиальные, так и на тринадцатую. О какой выработки шла речь? Уже пол смены сорвали! Если порой он машет, а мы летим, то сегодня-то точно не знаем, где приземлимся. Что будем делать, а, птицы-голуби.
  Сразу после собрания Лёху рассчитали. Вышел он из конторы, запрыгнул в попутный КРАЗ и уехал. "Сожрет теперь Рыжая, что и наврать стерве. Опять как в прошлом годе, башку разобьет ковшиком." - подумал Леха и, почесав темечко, зашел в магазин. Купил "Московскую", баночку болгарских огурчиков и отправился за город к стадиону. Приложился там к горлышку, и больше чем полбутылки содержимого,как не бывало.
  Тихо на стадионе. Солнышко пригревает. В зеленой травке одуванчики вдоль
штакетника светятся, а в голове шумок.
  "Хорошо, - подумал Лёха, - и надо ли волноваться? Не меня ли приглашали в заповедник? Сяду на "шестьдесят шестой" и буду рулить. Так и скажу Рыжей; шоферить хочется..."
  Нарушили его размышления с десяток красных сверкающих мотоциклов с круто  выгнутыми задними крыльями. Влетая в раскрытые ворота и выстраиваясь то в два ряда, то в один длинный, стали носиться кругами,  помигивая фарами и фонарями.
            - Красиво! Только зачем подхвостки-то мотоциклам завернули - прошептал Леха и допил из бутылки.
  Когда они остановились, изобразив круг, чтобы договориться, какие фигуры изображать в гонке, он встал со скамейки и оказался в середине круга.
            - Это зачем же хвосты-то им так завернули, а?
            - Ты если подпил, мужик, так и не лезь к нам!
            -Не-е-ет! Вы сначала ответьте. Разве это мотоцикл? Не на шлюху ли он похож? Все равно с которой дело постыдное поимели, а трусы не надели... Забыли что ли, надеть-то?..
  Очнулся, Леха в больнице. На стульчике сидела Рыжая с опухшими красными от слез глазами.
          - Лежи, лежи, милый. Нельзя тебе разговаривать. Врач запретил...
  Помолчав какое-то время, он посмотрел на Рыжую одним глазом, потому что другой был закрыт повязкой, и напрягаясь прошептал сухими губами:
                НУ И ДЕНЕК ВЫДАЛСЯ!