Легла ли?

Стань же первым осколком весны
в городе, полном зимы, скажи, чего ждать?
Чего ждут, уходя за закат?
Не твоей же руки коснутся. Назад.

А я продолжаю писать строки тебе,
хотя говорю, что не помню и вовсе,
Я знаю — каждую мелочь во тьме распознаю
и видишься светом, когда близится осень.

И казалось, что проигрыш близко,
меня тянет спать все сильней,
а я встаю, ведь не дам догорать
своей памяти в огне брошенных мечт и несбыточных дней.

Хотя вполне реальны, я просто зову их так,
чтоб не казаться лишним хотя бы себе.
Я надеюсь рассеять весь этот мрак
и оставить место ни кому-то, ни мне, а тебе.

В душе столько места, столько мест, что реальны,
стали брошенным домом для тебя и меня.
Отбиваюсь от мыслей звонить, веду споры с богами,
в глубине понимаю, что все же не зря.

Предостерегал себя, не погружаться во тьму,
что человек не заменит всех страшных желаний.
Чем больше свет,
тем больше окантовка тьмы и ближе себе разочарование.

Ты любила мои ушибы и целовала шрамы
в трамвае и перед сном.
Я хотел тебя сделать счастливой,
я хотел тебя и просил об одном,

Но ты знала, куда давить,
и все мои вторые аккаунты знала,
все же хотела судьбу разбить
и оправдать меня перед залом
за отстойный концерт.

Всмотришься в зеркало и видишь —
вдруг промелькнет силуэт внезапно.
Бросаешь все планы, ведь больше их нет,
нет зала, нет песен и ничего не надо.

Лишь избавиться из головы,
от образа и мыслей, как следствие — станешь трезвей,
Но продолжаешь бить каждому хл***ло,
кто только скажет плохое о ней.

Почему все же плохо? Плохим называешь
ты след от нее и последствие мук.
Самым лучшим мгновением стало,
когда вспоминаешь тепло тех рук.

А потом очнёшься от сна и мечтаний
и снова ты бьешь кому-то хл***ло,
надеясь проспать и не вспомнить,
избавиться от искры,
что возносила тебя перед залом.

Шаг отделяет от космоса вечно,
ты стала для меня и гирей, и грузом.
Переливаются чувства во мне,
наверно, трезвею или снова превращаюсь в труса.

Не хочется вставать из этого "сна",
не поднимайте меня, я выберусь сам.
Честно-пречестно, я обещаю не искать в прохожих
те сверкающие ярко-зеленые глаза.

Столько сказано было, и вовсе не правда,
здесь от лжи догорает сказка. Кто знал,
что мой образ в голове за многие годы даст сбой,
и смоет все лужей в канал.

По течению реки, обессиленный в ранах,
я приду к началу и вырвется в миг
Догорающий, трезвый — в общем, ни в чем не повинный,
то ли ребенок, то ли старик.



Но зависти нет,
и сердце от тысячи слов теплее и легче не станет.
Под самым весомым предлогом я откажусь — лишь предложи поменяться местами.

Отдать нажитое прошлым проблем и дождей,
безграничная осень заменяет меня,
выливается в сад и весну,
прекрасное и не очень — да, это все лучше тебя.



Я не забыл твоих рук на руках моих,
хоть уже нет их давно, ну и пусть.
Как "Городу Н" посвящаю стихи и песни,
и знаю их все наизусть.

От них остался ни след и ни два,
в ночи я сам наделяю их смыслом.
Возрождаюсь из пепла, борюсь, понимаю,
что проживаю не дни, а только лишь числа.

Ты легла вдохновением моим меж строчек любви,
хоть они беспощадны.
Даже вор стыдлив в присутствии сна,
однако мы сами все сносим нещадно,

Пытаясь бежать от себя, тоски, повседневности,
на пороки закрываем глаза.
В моменты, где нужен болиду разгон,
резко даём по тормозам.



А может, лучше писать стихи без рифмы,
просто говорить подряд слова.
Надеясь связать их в цепочку,
надеясь, что тронут без этого сердце,
как никогда не тронет рука.

Отчаянно и безрассудно перелистываю страницы, ведь помню —
где-то между лежит наше фото.
Пристальнее вглядеться мгновенно исчезнут границы,
в них, от края пропитанно все тобой, до субботы.

А я чаще и дольше стал спать, наверное,
надеясь, проснувшись, увидеть тебя.
Но просыпаюсь в поту — так сердце колышется громко,
нещадно в ушах твоим тембром звеня.

И с каждой секундой расстояние становилось все больше -
это плацкартный вагон вез меня в никуда.
В заснеженной пустоши коль же померещится голос,
все растает - наступит весна

Огни далеких домов расплывутся во тьме
и два часа пролетят лишь за пару минут.
Время словно бежит, низвергаясь в тщете,
пока на очередное "ты рядом?" донесется "я тут".

Я сожму твою руку до хруста костей -
так сильно, чтобы не потерять тебя в памяти.
Сожму свою руку так сильно,
проснусь, от боли в ушах,
навязчиво смеющейся за;мяти*.

Мне казалось, я потерял что-то важное,
нечто, что всегда было со мной.
Без этого вечно скитаюсь теперь,
пытаясь ярко-зеленые глаза увидеть в другой.

Хоть обещал я себе, но тогда почему,
почему мои пальцы дрожат для тебя.
На вопрос: «Что случилось?» —
отвечу, погода,
но она ведь не та.

Открытая книга на случайной странице
и наугад взятое слово,
что мне нужно для рифмы, дабы продолжить писать,
но я вижу тебя и в нём, словно

вернулся назад, разбираю детально,
и ищу везде здравого смысла —
но твой взгляд опять побеждает, обезоружив меня,
не оставляя единой мысли.

Я был нем и бессилен, пусть уже память ветшает
и размывает до боли знакомое прежде —
что делать теперь?
Нужно только открыть глаза, увидеть мир ярким и безмятежным.

В каком бы уголке мира ты не оказалась
и сколько б ни пряталась в песнях.
Я не буду искать тебя рядом, вырывая страницы книг,
я просто знаю, что есть.

И не вспомню все то, что было тогда,
да и сколько прошло уже времени,
но коль не увижу уверенный шаг -
неосознанно следую на звук твоего имени.

Нет больше страха потерять тебя в памяти,
и улицы города вновь не претят.
Это навечно со мною останется,
но не за числами календаря.

Не вернётся больше в ночи и во снах,
не предложит поменяться местами,
но будет жить своей жизнью в забытых вещах
друг-другу подаренных нами.

Времена года теперь вновь меняются в миг,
непрерывно, наполнив мои будни азартом.
В руке крепко сжимая открытку ее,
ступаю смело в безграничное завтра.



Я не забыл твоих рук на руках моих,
хоть уже нет их давно, ну и пусть.
Как "Городу Н" посвящаю стихи и песни,
и знаю их все наизусть.

От них остался ни след и ни два,
в ночи я сам наделяю их смыслом.
Возрождаюсь из пепла, борюсь, понимаю,
что проживаю не дни, а только лишь числа.

Громче слов любых будут звучать эти строчки,
отражаясь раскатами грома,
что сил не хватит у нас двоих вновь
притворяться, будто мы были не знакомы.

По привычке обернуться на запах, развести руками,
не ссылаясь на то, что судьба,
но хотя бы уверенно встать
заявить для себя,
что, конечно, — легла.



за;мять* (хаос в ушах, смятение, замяться - замять)