Океания

Умопомрачительные истории
из дневниковых записей
пульсируют загадочной энергией.
Это все из сказочной категории.
Но выведенные мной формулы в волнении
обесценивают другие вычисления,
вода, ведь и начнет здесь подниматься
как только изменишь ты выражение
лица, склонишься, может быть, в отчаянье со мной,
и все равно вода прибудет, но не останется, на расстоянии как можно оставаться?
И вот она волна, волна захлестывая белое молчание...
Готовясь к наводнению мне все равно куда пойдет перетекание,
все символы, и вот я, вставши на колени перед первой статуей стою и мелом символы, послушай, Океания.
Застигнет мальчика калеку магрибинца
с берберским выражением лица,
он держит у груди последний свиток и в железной личности
уныниями мнений идентичности –
конечно, здесь теряется весь образ
и философский напустив туман я понимаю...
Все же невесомость и есть на все другое непохожесть.
И в новолуние поднимется волна над ним
искрясь барашками, баранами, нет хищными кудрявыми пеликанами,
и миски подставляя для пресной дождевой воды я понимаю, понимаешь ты.
И камушками выложенные слова гласящие:
«Я здесь запнулся, Океания, возлюбленное в лабиринте тяги
затопленное по уши дитя».