Стерва

Холод режет хрусталь. На столе недопитый кагор.
Ты не ищешь любви, ты всегда ожидаешь подвоха.
Выводя по стеклу свой привычный слепой приговор,
Ты крадёшь кислород, не давая ни шанса для вдоха.
Эта гордость — броня. Под ключицами спрятан ледник,
Твой диагноз прочитан по складкам надменных, но чувственных губ.
Ни один в этой пьесе до сути твоей не проник,
Потому что финал этой драмы расчетлив и груб.


Ты стираешь контакты, как пальцы стирают пылинки.
Твоя память — архив из разбитых мужских амплуа.
В этой камере пыток застыли не слезы, а льдинки,
Где когда-то давно распускалась живая душа.

Припев
Стерва. Шесть букв на холодной кромке ножа.
Стерва. Идеальный фасад, ни рубца, ни раскола.
Но за этой стеной задыхается чья-то душа,
Что давно променяла тепло на привычку укола.
Стерва. И каждый готов её бросить на плаху.
Но она ухмыльнётся, сминая чужие мечты.
Просто тот, кто однажды до капли изведал здесь страху,
Оставляет внутри лишь квадрат ледяной пустоты.


Макияж как окоп. Каблуки отбивают литавры.
В телефоне десятки никчёмных, пустых номеров.
Для неё эти судьбы — всего лишь забавные мавры,
Что уйдут, не дождавшись ни клятв, ни красивых даров.
Ей смешно от признаний, от потных дрожащих ладоней.
Она прячет тоску в дорогие шелка и тиски.
Запирая себя в одиноком пустом пантеоне,
Где от скуки порой разрываются с треском виски.
И никто не узнает, как ночью, в плену тишины,
Смыв всю фальшь перед зеркалом, плачет простая девчонка.
У которой внутри отгремели раскаты войны,
А снаружи осталась лишь хищная,  злая натура волчонка.


Ведь любить её — это как прыгнуть в пустую глазницу.
Как шагать в пропасть без парашюта на голые скалы.
Она просто забыла, как верить и как покориться,
Защищая свой мир, обнажив ядовитое жала.



Припев
Стерва. Шесть букв на холодной кромке ножа.
Стерва. Идеальный фасад, ни рубца, ни раскола.
Но за этой стеной задыхается чья-то душа,
Что давно променяла тепло на привычку укола.
Стерва. И каждый готов её бросить на плаху.
Но она ухмыльнётся, сминая чужие мечты.
Просто тот, кто однажды до капли изведал здесь страху,
Оставляет внутри лишь квадрат ледяной пустоты.