Боярыня Морозова

      
(Размышление над картиной)

О. как отрешённо, по-царски
Глядела она на толпу
На площади в полдень январский,
Сквозь белого снега крупу.

Хозяйка угодий безмерных,
Прямая царицы родня,
Осталась она в староверах,
Когда разразилась грызня –

Адепт старой веры Аввакум
И Никон, младой патриарх,
Подвергли друг друга атакам
И тот, и другой – иерарх.

И спор был не в Боге, а в форме:
Как имя Исуса писать,
И главное в новой реформе –
Трёхперстием крест налагать.

И в розвальнях, будто крестьянку,
Боярыню волей царя
В тюрьму – ледяную землянку
Везут, словно банд главаря,

За то, что не стала молиться,
По-новому пальцы сложив,
Смиренно надев власяницу,
Но дух-то не сломлен, он жив!

Глаза полыхают пожаром,
Двуперстием всех осенив,
Как в чине положено старом,
Тем веру свою сохранив.

И зритель замедлил движенье.
Ну что, посмотрел – проходи!
Он к вере большой уваженье
Почувствовал где-то в груди.