34, 35. Переломный момент 1988-92

Отрывки из поэмы:
"Жизнь моя же..."

34. Семья - ячейка общества

Толпились дни, летели годы,
Народ и не подозревал,
Что по закону, у природы
Для всех начал есть свой финал.
В стране "Востоков", "Зорь", "Рассветов"
Немало светлых песен спето,
Род с верой в будущее жил,
Своей Отчизной дорожил.
За престарелыми вождями
Пришёл коварный демократ,
Восход, сменивший на закат...
Опутать чуждыми сетями
Позволил родину свою,
Предав огромную семью...

...Тянуть семейство без сноровки
Старался молодой жених,
Вернувшись из командировки,
Уже впрягался за троих.
К апрелю свадьбу намечая,
В ЗАГС заявленье подавая,
Путём шёл честным Родион, --
Ответственен и вдохновлён.
Цвела невеста на сносях
От жизни много не прося,
Красивая такая вся...
В стране спиртное запрещали,
По спец-талонам продавали,
Без очереди не пускали,
Взять пару ящиков? Едва ли!
Для свадьбы по знакомству брали,
Вместо нарзана заливали
И вдоль закусок выставляли.
Родня, друзья, был дружный стол,
Лишь только батя не пришёл.
Не одобрял он выбор Рода,
Был повод, -- с прежнего развода
Пацан остался пяти лет
(Был Родионом он согрет
Уже без малого два года).
В Рожденье мамы, к октябрю
День в день, прям по-ка-лен-да-рю
Молодожёнам по утру
Доставил аист в дом сестру.

Сперва ютились в коммуналке:
За стенкой пьяница-сосед,
Жилось ни шатко с ним ни валко,
Но выхода другого нет.
Купцов встал в очередь "на хату"
Как ликвидатор, не по блату(!)
И через пару лет почти
В СМУ постарались им найти
Из фондов ведомства квартиру,
Куда позволили въезжать,
Хоть вместо двушки трёшку дать
Предполагалось по ранжиру.
Так в девяностом, в Новый год,
С семейством переехал Род.
"Что временно, то навсегда", --
Вокруг судачили тогда...

Всё изменялось очень быстро:
Названья улиц, быт и ум,
Цвет флагов, кабинет министров,
Валютный, ваучерный бум...
Об эре после перестройки,
Рояльно-спиртовой попойки,
Возможно много рассказать,
Но нить не хочется терять.
Купцов сменил немало строек,
Работая как ИТР
Вслепую на СССР.
Социализм хоть был и стоек,
Всё ж после взрыва на ЧАЭС
В стране закончился прогресс.

Чтоб выкормить птенцов как надо,
Прораб в монтажники ушёл,
Не дали высшего разряда,
Зато платили хорошо.
На высоте нужна сноровка,
Род вкалывал азартно, ловко
Работа нравилась ему,
По силам, но не по уму.
Уж черти шАбаш заводили,
Инфляция вокруг цвела, --
Страна в капитализм вошла,
"Казну" на "Банк" в ней заменили.
Пока везло. Был взят подряд
И не было пути назад.

План: школу, что на Павелецкой
С нуля до крыши разобрать
И из развалины советской
Российский образец создать.
Проект подписан, есть и смета,
Ушло немало средств на это,
Сложна задача -- через год
Учиться должен там народ.
Широким фронтом шли работы,
Крушили с помощью солдат,
Трудился доблестно стройбат
От взвода, иногда до роты.
На монтаже -- наш Родион;
Мне как-то раз поведал он
Одну историю свою,
Его рассказ передаю:

35. Как я сломал ногу

Он поднял лестницу повыше
И чтобы было половчей,
Упёр её почти под крышу,
Поставив в стопку кирпичей!
В обед их только разгрузили,
Пригнав на длинномерном Зиле
С завода тёплыми ещё
Пока сидели за борщём.
Вторая половина дня:
Неделя близилась к субботе
И всё чем жил я на работе,
Уже кончалось для меня,
Вопросом пенясь в голове –
По кружке тяпнуть, иль по две?

Но без вопросов и ответов,
Я знал, что ждёт меня такси
В соседнем переулке где-то,
О планах не переспросив.
На «Волге» однокашник Боря
Работал и не зная горя,
В те годы после перестройки
Таксистом стал, уйдя со «стройки»…
Борис - мой друг по институту,
Был старостой и молодцом,
В то время став уже отцом,
Но оставаясь баламутом,
Готов был покутить всегда,
Девчонок раскрутив на «Да!»

Так, предвкушая выходные,
Принявшись к завершенью дел,
Я взял детали закладные
И вверх по лестнице взлетел.
Тут клеть распалась вдруг на части
И хуже не было напасти,
Как рассыпались кирпичи
«Держись!», - Василий мне кричит.
Сползала лестница в проём,
Нога моя застряла между
Железных балок. Треск одежды
И я застыл в проёме том!
Почуя боль, забыв про пиво,
Смотрю, нога повисла криво…

Сапог стянул оперативно,
Портянку снял, а крови нету!
Но видеть жутко и противно
Частицу своего скелета…
Смекнул – открытый перелом.
Василий поднимает лом,
Ступень ломает! Мне: «Не Бэ!
Не нарушали мы ТБ!»
На скорой увезли в больницу…
И вот уже я в 1-ой Градской
В реанимации дурацкой,
Где в кость одну мне ставят спицу,
В другую - острый саморез…
Ну на хрена туда полез?

Шёл год под знаком обезьяны,
Но гороскопов чехарда
Никак вмешаться в мои планы
Наверно не могла тогда.
Я был уверенным в то время
И ветер, разметая бремя,
Дул в темя лёгким сквознячком –
Я шёл по жизни бодрячком,
Был молод и любвеобилен,
Впрягался - жил, не вешал нос,
Старался, над собою рос,
Но в том падении бессилен
Вдруг оказался. Вывод прост:
Нам разум дан в обмен на хвост!

Притихло в тёплой ночи лето,
Сияла полная луна,
Переживали до рассвета
За стенкой Боря и жена.
И вот, из о-пера-ционной
На ногу гипс надев огромный,
На лифте увезли меня
И успокоилась родня.
Нас семеро в одной палате,
Простые люди разных лет:
Чеченец с братом, старый дед,
Избитый до сини (в халате),
Какой-то мрачный элемент
В наручниках и рядом мент…

Тогда родному государству
Несладкая досталась доля,
В больницах не было лекарства,
Мы боль снимали алкоголем.
С телеэкранов нам Распутин
Яд рекламировал по сути
И поставляя спирт «Рояль»,
Активизировалась шваль!
Пустые полки в магазинах,
Работы нет и деньги в ноль,
Одна отрада – алкоголь,
Авто заправить – нет бензина.
Страна готовясь к перемене
Была, так скажем «на измене».

Везде острейший дефицит,
Приватизация, свобода,
Инфляция, беднейший быт,
Но есть талоны для народа!
А свой прива-тизационный чек
Не мог «пристроить» человек –
Метался, радуясь и плача,
Пытаясь выхватить удачу.
Понять не мог что происходит,
Крутился люд, как заводной,
Оставлен собственной страной
В каком-то диком хороводе...
Всё это было как во сне!
Теперь живём в иной стране.

Ну, ладно… Дальше про больницу:
Хотел ещё вам рассказать
Немного про шуруп и спицу,
Ведь их пришлось обратно сдать!
Титан – ценнейший материал.
Хирург тот, что меня спасал,
Поведал мне: «Через полгода
Придёшь сюда и для народа
Вернёшь, как плановый больной,
Обратно штырь и саморез!
Придётся совершить разрез
И гифт изъять столь дорогой».
Тогда, без общего наркоза
К весне уж выкрутил «занозы».

Ну а пока мы здесь, в палате
Делились всем, что нам несли,
На обезболивание тратя,
То, что с получек припасли.
Дед хоть и спать хотел, но всё же
Рассказы наши слушал тоже,
Когда же бабка заходила
Чекушку мужу приносила,
Мы балагурить прекращали
И лишнего не наливать,
И ночью спать ему давать
Его супруге обещали.
Врач с дедом был категоричен,
Хоть и вполне демократичен.

А через пару-тройку дней,
Не глядя на его протесты,
Перевезли его скорей
В другое, поспокойней место…
Нам объяснили, что режим
Для старика необходим
И то, что загноилась рана
У балагура-ветерана…
Не позабуду я, о Боже,
Как он, свои расставив руки,
Кричал: «Оставьте меня, суки
В палате тут, у молодёжи!
Я здесь хочу! Я здесь, как дома!»
Но не срастались переломы…

Не помню я уже историй,
Которые лились рекой,
Да, всё же здесь не санаторий,
Где танцы, фильмы и покой.
Кололи больно, в сухожилья!
Как мне любезно доложили,
Что тот раствор, едрёна мать,
Мне зараженья избежать
Поможет и спасёт мне ногу.
Терпел и корчился от боли
И думаю, напрасно что ли
Я обращаться начал к Богу?
Тут при больнице божий Храм
И сёстры помогали нам.

Перестилали всем постели,
Следя за общей чистотой,
Посуду мыли и смотрели,
Чтоб был горшок всегда пустой!
Одна присела у кровати
И подсказала очень кстати,
Что коли в муках мне не спится,
То при желании окреститься
Возможно, соблюдая пост.
И сбросив мысли суетные,
Решу проблемы я земные.
Да, путь души не так уж прост…
И вот уже ищу ответы,
Листая новые заветы…

За время долгого леченья
Я передумал много дум.
Как будто, выйдя из забвенья
Свежел и расправлялся ум.
Сойдя на этой остановке,
Внезапно и не очень ловко,
Почувствовал, что видно здесь
Другой троллейбус где-то есть!
Мне местный батюшка-священник
Любезно вызвался помочь
И даже мой отец не прочь
Был поучаствовать в крещении.
Он поддержал сей путь тернистый,
Слыв убеждённым атеистом…

Да, не забуду я уроков,
Что мне отец преподносил
И оградить от злых пороков
Пытался не жалея сил.
Он, уделяя мне внимание,
Старался дать образование,
Познать сам многое спешил,
Достигнув непростых вершин.
Ценю я мудрые советы,
Запомнив каждый эпизод,
С отцом мне очень повезло,
Я чувствую – он рядом где-то…
Нельзя, чтоб рос один пацан
На этом свете без отца!

Как правильно стремиться к цели,
Приоритет определять
Учил меня на самом деле
Не только батя, но и мать.
Меня растили вы с терпеньем,
Делясь любовью и уменьем;
Поддержкой вашей заручён,
Судьбой на счастье обречён!
Родители мои родные,
Обязан вам любимый сын –
Жаль всё же, что всего один
У вас я, предки дорогие…
Вам я премного благодарен
За всё, чем в жизни был одарен.

…Планируя обряд крещенья,
Мне батюшка наметил срок,
Чтоб я к духовному рожденью
Сознанье подготовить смог.
Как раз весною мне в больницу
Предписывалось возвратиться,
Вернуть, о чём уже писал –
Вживлённый в косточки металл.
Ну, а пока в Центральном Парке,
Который по соседству был,
Шли праздники военных сил,
Травматология – в запарке!
Ей всё равно: десант, морпех –
Тут шили-гипсовали всех.

Мест не хватало им в палатах
И кантовались вдоль стены
Потенциальные солдаты —
Советской Родины сыны...
Лавируя между кроватей,
В надетом на пиджак халате,
Сквозь мирный этот лазарет,
Едва закончился обед,
Ко мне пожаловал наш главный —
Из Управления инженер
И с ним ещё какой-то Herr
К ноге моей причалил плавно.
Смотря сочувственно в глаза,
Любезным голосом сказал:

«Давно награду обещали
Тебе, герой, после ЧАЭС...
Мы тут жилфонд распределяли,
А ты на лестницу полез!
Ну что ж, теперь придётся ордер,
Хоть он конечно же не орден,
Тебе вручать и это факт...
А ты нам, подмахни-ка акт!»
Я им что нужно подписал
И с них ответственность списал.
Они ж от радости такой
На выбор предложили мой
Жильё, по разным адресам, —
С квартирой подфартило нам:
Дом у метро, большой метраж,
Три комнаты, третий этаж,
Окна на улицу, во двор,
Балкон, кладовка, коридор -
Иной конечно коленкор...

Пословица хоть и стара,
Но в ней всё ж мудрый смысл заложен,
Что нету худа без добра
И каждому свой пай положен…
Вот, вскоре выйдя из палаты,
Я стал здоровым и богатым,
Хоть мне пришлось на костылях
Ещё полгода ковылять…
Зато с семьёй уже к зиме
Я перебрался в новый дом
И был уверен твёрдо в том,
Что счастье прилагалось мне.
Но в тот период непростой
Звезда менялась за звездой…

Да, счастье не такая птица,
Добро чтоб в клетке наживать,
Ему на месте не сидится,
Ему на злато наплевать!
Давайте детям вашим сказки
Читать с рожденья, как подсказки,
Чтоб повзрослев, они смогли
Не захлебнуться на мели.
Чтоб, отличив зерно от плевел,
Зрив в корень, находили соль
И чтоб нужда, чужая боль
Не отражалась злом во гневе…
Строги законы у вселенной
Для каждой звёздочки рожденной!

Эпилог:

Близка была супруга Роду,
Их познакомил первый курс,
Вдвоём прошли огонь и воду,
Исчерпывая свой ресурс.
Судьба их жить семьёй учила,
Но гасли в зареве светила
И через два десятка лет
Фальшивить сильно стал дуэт.
Потрескались от ветра губы,
Исчезло солнце с медных труб,
Рассохся строившийся сруб,
Проник червь в сердцевину дуба...
В двухтысячный наставший год
Оформили они развод.

Но то, что было в девяностых,
Конечно надо рассказать,
Хоть и не будет это просто
Хронологически подать.

Май, 2026

Продолжение следует