Правда о правде

Затерялась где то правда, затерялась,
А за нею истина вослед.
Но, дорогой, та и та пыталась,
Свой оставить негасимый свет.

Ноша тяжела и тяжко бремя,
В кровь разбиты плоть и телеса.
В схватке с ложью за земное племя,
Что перестали видеть, видеть небеса.

Долго шли они взявшись за руки,
Падали и поднимались вновь.
Горькие испытывая муки,
За к ним отвергнутую веру и любовь.

С надеждой они совесть раздавали,
Не за деньги, даром, просто так.
Кто попроще - молчаливо брали,
А кто с пренебреженьем иль никак.

А они упрямо шли и раздавали,
Ссыпая пригоршнями в мошну.
Словом добрым души согревали,
Сквозь немую взгляда тишину.

Стучалися в потерянные души,
Одурманенных предательской трубой.
В неоглохшие еще, кричали уши,
В суете погрязших и в борьбе с собой.

Но вид одних, порою злат сусальный,
А душа внутри - безжизненный хрусталь.
И не чета им, не чета им люд печальный,
Вглядывающийся  терпеливо вдаль.

А по пятам, за следом, пробиралась лживость,
И убеждала дрогнувшую рать.
Не верьте в добро и справедливость,
Правде той на вашу правду наплевать.

Пройдет она катком и не заметит,
Вашу преданность и верности накал.
А вместо справедливости, вам светит,
Ее, по-волчьи, окровавленный оскал.

Лучше, будет вам, остановиться,
И не идти, у правды той, на поводу.
Вы ничего не сможете добиться,
И попадете, вместе с ней, в беду.

Небесные, не раз менялись своды,
Лжи потуги даром не прошли.
И тридцать серебрянников иуды,
Свою паству, в том пути ее, нашли.

Не оттого ль сейчас, повсюду ее корни,
Слащавы посулы, с кинжалом за спиной.
Все, кто проникся ею,
стали ей покорны.
Лики спрятавши под черной сутаной.

А что же правда, истины подруга,
Она все так же несет свой тяжкий крест.
Без озлобления в каждом видит друга.
С надеждой ожидая благовест.

Ведь сыворотку правды не разрушить,
Пулею отравленной свинца,
Идет вселенское сражение за души,
А поле битвы - человечие сердца.