Набор для бога

Роман-гипотеза

АННОТАЦИЯ

Володя Кондрашев получил на двенадцатилетие две картонные коробки. «Набор юного физика» и «Набор юного химика». Кто оставил их на крыльце — неизвестно. Через сорок лет он поймёт, что отправил их себе сам — из будущего. А пока он рассыпает металлические опилки на стекле и смотрит, затаив дыхание, как они выстраиваются в дугу.

С этого подарка начинается одержимость, которая проведёт его через комбайн и армию, видеосалон и нефтяные вахты, предательство брата и операцию с риском ослепнуть. Он построит бизнес с нуля и станет миллиардером. Но главное — докажет то, во что отказывалась верить официальная наука: гравитацию можно победить, если не ломать природу, а подбирать ключ.

Основанный на реальных физических эффектах и гипотезах, роман предлагает новый взгляд на природу реальности. Это история о человеке, который услышал дыхание Земли — и научился дышать с ней в унисон.

ВСТУПЛЕНИЕ

«О сколько нам открытий чудных
Готовят просвещенья дух
И опыт, сын ошибок трудных,
И гений, парадоксов друг…»

Я впервые услышал эти строки не в школе. Их читал Сергей Петрович Капица в телепередаче «Очевидное — невероятное» — той самой, что выходила по воскресеньям и собирала у экранов всю страну. Мне было двенадцать. Я сидел на полу перед стареньким «Рекордом», и от телевизора пахло нагретой пылью. Ручку громкости заедало, приходилось крутить её двумя руками, прижимаясь щекой к шершавому корпусу. Мать гремела кастрюлями на кухне, за окном кричал петух — но я ничего не слышал. Там, за гранью моего понимания, был мир, который ждал меня. Многое пролетало мимо. Но фраза «опыт, сын ошибок трудных» засела намертво.

Эту книгу я мог бы начать с «жил-был мальчик», но тогда вы бы подумали, что это сказка. А это не сказка. Это — почти правда.

В середине 90-х я торговал видеокассетами. Помню запах пластиковых коробок и холод подвального помещения, в котором устроил первый видеосалон. Помню, как сидел в этом подвале после закрытия, пересчитывал мятые купюры и думал не о деньгах — о металлических опилках, которые танцевали под магнитом. Потом у меня были ломбарды. Потом — нефть. А потом я чуть не ослеп, потерял работу и понял, что единственное, что у меня осталось, — это голова. И в ней — вопрос, который мучил меня с двенадцати лет: почему опилки танцуют именно так? И связано ли это с тем, что мы называем гравитацией?

Вы держите в руках не документальную хронику, а роман-гипотезу. Я не утверждаю, что всё именно так и было. Но я утверждаю, что всё могло бы быть так, если бы у одного мальчика из посёлка Утёвка оказалось достаточно упрямства, чтобы не поверить слову «невозможно». Бумага, на которой напечатана эта книга, пахнет типографией — точно так же, как те две коробки на крыльце. И этот запах — мой мост в прошлое.

Приятного чтения.

«Путешествия во времени — это теперь просто инженерная проблема».
Митио Каку.

Продолжения на ПРОЗА.РУ