Перемены без перемен

Ритм сменился. Акценты расставлены текстом,
а не автором. Время-редактор ворчит
над назойливой точкой, что вечно не к месту,
как комбайн зерновой на просторах бахчи.

Вроде, все, как обычно, но пальцы летают
по экрану совсем по-другому. Не так,
как столетье тому в ожидании рая.
Видно, автор - за мудростью шедший простак -

отсмеялся уже над разбитым бокалом
и не жаждет потери себе возвращать.
Слов так много, а качества смысла в них мало,
и особых причин эту третью вращать

вкруг слепящего карлика старым макаром
вовсе нету. Сюжеты просмотренных снов
все слабее похожи на некие чары,
что легко позволяли в основы основ

углубиться за радостью непониманья.
бесконечных посланий с набором пустых
правил жизни. И текст как возможность прощанья
глушит время читателей. Каждый из них

просит нечто орущее вглубь о покое,
за которым из честностью связанных букв
возникает желанье остаться собою,
игнорируя кровь, что дарует судьбу

в этих злых палестинах. И пищущий просит
сам себя не о темных углах бытия,
а о том, чтоб явиться ответом в вопросе
невозможного «мы» в состоявшемся «я».

Все смешалось. Согласие стало протестом,
разорвав на мгновение вечности нить.
Ритм сменился. Акценты расставлены текстом,
а не автором. Поздно. Пора уходить.