По диким степям Забайкалья...

Посвящается моему дяде Толе - Анатолию Ивановичу Копусову - блокаднику и ветерану ВОВ.
Его любимая песня "По диким степям Забайкалья" была его визитной карточкой.
Недавно вспомнила вдруг первую строчку этой песни, и перед глазами возник мой дядя Толя. Светлая ему память.


Нет новых песен задушевных,
Чтоб в радости и в горе петь.
А почему? Все пишут, сочиняют!
Но не с кем за столом нам посидеть.

На шашлыки по выходным все выезжают,
Но почему-то песен не поют.
Закуска знатная напрасно пропадает,
Зато мангал, угли, огонь, уют...

Ведь наши авторы стихи исправно пишут,
И многие на музыку кладут!
Но почему-то их народ не слышит -
Наушники и плеер достают.

А я недавно дядю вспоминала,
Как мы встречались, пели за столом.
Та песня его душу вынимала
Старинная, народная притом:

"По диким степям Забайкалья..."
И в горле привычный комок...
А мы будто все в Зазеркалье...
Ах, если б ты, дядя, помог!!!

17/05/2026г. Л. С.

Песня "По диким степям Забайкалья"

 стала широко известна с начала 1900-х годов. Однако в тюремной среде в Сибири она бытовала еще в 80-е годы XIX века. Авторство достоверно не установлено. Коты – род теплой обуви.

По диким степям Забайкалья,
Где золото роют в горах,
Бродяга, судьбу проклиная,
Тащился с сумой на плечах.
Идет он густою тайгою,
Где пташки одни лишь поют,
Котел его сбоку тревожит,
Сухие коты ноги бьют.
На нем рубашонка худая,
Со множеством разных заплат,
Шапчонка на нем арестанта
И серый тюремный халат.
Бежал из тюрьмы темной ночью,
В тюрьме он за правду страдал.
Идти дальше нет больше мочи —
Пред ним расстилался Байкал.

Бродяга к Байкалу подходит,
Рыбацкую лодку берет
И грустную песню заводит —
Про родину что-то поет:
«Оставил жену молодую
И малых оставил детей,
Теперь я иду наудачу,
Бог знает, увижусь ли с ней!»

Бродяга Байкал переехал,
Навстречу – родимая мать.
«Ах, здравствуй, ах, здравствуй, мамаша.
Здоров ли отец, хочу знать?»
«Отец твой давно уж в могиле,
Сырою землею зарыт,
А брат твой давно уж в Сибири,
Давно кандалами гремит.
Пойдем же, пойдем, мой сыночек,
Пойдем же в курень наш родной,
Жена там по мужу скучает
И плачут детишки гурьбой».