Все женщины - зло. Месть как лекарство

Глава 54. Месть как лекарство

Ровно через неделю Андрей снова вошёл в «Асторию». Один. Без друзей, без шума. Сел за тот же седьмой столик. Заказал виски. И спросил у подбежавшего официанта:

— Та девушка. С тёмными волосами. Вера. Она сегодня работает?

Степан, который как раз принял заказ, насторожился.

— А вы по какому вопросу?

— Личному. — Андрей снял очки, медленно протёр стёкла. — Передайте, что Андрей Белогорский хотел бы принести извинения.

Степан нехотя ушёл и через минуту вернулся с Верой. Она стояла в дверях зала, сложив руки на груди.

— Вы хотели меня видеть? — спросила она ровно.

Андрей поднялся. Сделал шаг к ней. В его движениях появилась наигранная мягкость, голос стал ниже, почти бархатным.

— Вера, я вёл себя как последний… — он вздохнул, наклонил голову. — В общем, я хотел извиниться. Вы были правы. Я позволил себе лишнее.

Она смотрела на него молча. Слишком молча.

— Я подумал, — продолжил он, — может, вы согласитесь сходить со мной в театр? Я могу заказать ложу. Вы любите театр?

— Люблю, — ответила Вера без улыбки.

— Тогда…

— Но с вами я никуда не пойду.

Он замер.

— Простите?

— Вы не умеете извиняться, Андрей. Вы делаете это лицом, а глазами — торгуетесь. Вы пришли не извиняться. Вы пришли проверить, действует ли на меня ваш новый образ.

— Что? — он усмехнулся, но усмешка вышла нервной.

— Вы думаете, что стали брутальным. Циничным. Загадочным. И женщины теперь должны падать к вашим ногам. А я не падаю, и это бесит вас больше, чем мой отказ.

— Вы… — начал он, но она не дала договорить.

— Вы мне не интересны, Андрей. Возвращайтесь к своей теории. Там безопасно. Там вы король.

Она развернулась и пошла прочь.

Андрей стоял посреди зала, сжимая в руке очки. Его щёки горели. Он не мог вспомнить, когда в последний раз чувствовал себя таким… никем.

— Вера! — крикнул он.

Она не обернулась.

Весь вечер он просидел за столиком, заказал ещё виски. Потом ещё. Она обслуживала другие столы, не глядя в его сторону. А он смотрел. И бесился. И не мог уйти.

Броня дала трещину. Оказывается, быть брутальным — не панацея, если внутри всё ещё сидит обиженный мальчик, который боится, что его снова отвергнут.

Она отвергла. И это было больнее, чем когда Даша смеялась над его кофе в постель.

Он не помнил, как добрался до дома. Всю дорогу в такси сжимал в кулаке очки, смотрел в мокрое стекло и повторял про себя её слова: «Вы мне неинтересны, Андрей. Возвращайтесь к своей теории».

Неинтересна. Ему.

Он, Андрей Белогорский, известный журналист, у которого сотни тысяч подписчиков. Которого цитируют,  ненавидят,  боятся. Который говорит правду, которую другие не смеют вымолвить.

И какая-то официантка, которая таскает подносы и мечтает о театре, смеет заявлять, что он ей неинтересен?

Дома он с силой бросил ключи на тумбочку. Налил виски. Выпил не почувствовав вкуса. Налил ещё.

— Она такая же, — сказал он в пустоту. — Просто лучше притворяется.

Он включил ноутбук. Открыл канал. Пальцы замерли над клавиатурой.

«Сегодня я хочу рассказать вам об одном типе женщин. О тех, кто прячется за маской скромности. Кто говорит о душе, о театре, о высоком. А на самом деле — те же манипуляторши, просто более умелые. Они не берут деньги в лоб — они ждут, когда вы сами их предложите. Они не говорят «да» — они заставляют вас бегать, чтобы потом насладиться вашим унижением»

Он написал пост. Перечитал. Убрал слово «бегать». Оставил «унижение».

«Не ведитесь, мужики. Если женщина говорит вам «нет» — значит, ей просто не хватило ноля в предложении. Дайте больше — и она скажет «да». Они все одинаковые. Просто не все это показывают сразу»

Нажал «опубликовать».

Комментарии посыпались через минуту. Поддержка, одобрение, «правильно, Белогорский», «баб нельзя верить». Кто-то прислал донат. Кто-то написал: «Ты красавчик, жги».

Андрей читал, но легче не становилось. Потому что в голове всё равно звучало спокойное, беспощадное:

«Вы мне неинтересны, Андрей»

Он закрыл ноутбук. Посмотрел на свои руки. Они не дрожали. Он больше не позволит себе дрожать ни перед кем.

Он поклялся себе: она ещё пожалеет. Не потому что он злой. А потому что справедливость должна восторжествовать. Женщины должны получать по заслугам.

Вера Адмантова? Официантка, которая возомнила о себе Бог знает что?

Он узнает, где она учится. Где живёт. Кто её друзья. У неё наверняка есть слабые места. У всех есть.

Он найдёт. И покажет ей, какой он «неинтересный».