Прозрение в тишине

Ты мнил, что мудрость — это звон монет,
Иль надпись, что на камне вечно тлеет?
Но нет, мой друг. Она — как тихий свет,
Что в час рассветный комнату лелеет.
Там тени пиршеств спят по уголкам,
И эхо слов не ранит, как бывало,
Там ты не веришь больше сквознякам
И ценишь то, что тишина шептала.
Там боль не то чтоб вовсе улеглась,
Но научила жить без лишних споров,
Не проклиная брошенную грязь,
А славя свет любимых взоров.

Прозренье не наденет красных риз,
Не затрубит над робкою толпою.
Оно — как мысли тонкий компромисс
С нежданной, тихой радостью земною.
Ты мнил: весь мир рассыпался во прах,
Когда весна из сердца уходила,
Но Бог с улыбкой в светлых небесах
Зажёг фонарь, чтоб мгла отступила.
А ты стоял, не веря благодати,
Сжимая календарь с чужой весной,
Пытаясь даты пальцами разгладить,
Забыв про мир и небо над собой.

Мудрей не тот, кто знал на всё ответ,
А тот, кто грел очаг в часы печали,
Кто видел в зимнем снеге дивный свет,
Пока другие в горести молчали.
Кто книгу закрывал на полпути,
Постигнув тайну горького «прости».
Простить — не значит вновь вернуть любовь
Иль склеить то, что время сокрушило,
А лишь впустить свободу в сердце вновь,
Чтоб небо душу светом озарило.

Всё это — не гранит и не металл.
Прозренье — не суровая усталость.
А то, что ты в ладонях удержал,
Когда одно лишь «быть» тебе осталось.
И видеть в глубине любимых глаз
Не горечь лжи, не холод расставанья,
А свет, что в небесах зажёгся враз,
Даря душе покой и упованье.