Ода северной столице

Брожу по городу и наслаждаюсь
воздухом балтийским,
умытым дождичком весенним
и ветерком обласканным
с Финского залива.
Со всей пронзительностью,
ярко и отчётливо только здесь ты понимаешь,
что через десяток дней сомкнётся
всего лишь триста двадцать третий круг
отсчитанных годов создания
удивительного
и близко не похожего ни на кого
чудеснейшего града —
Северной столицы России нашей дорогой.
Настолько молод город мой,
а если умножить года его на месяцы,
то получится,
что только он родился!
Каким же гением и волей
он задуман был и возведён
среди болот
и неприветливых просторов!
Величествен и прекрасен он
в любую,
даже самую злую
и неприветливую непогоду.
Так и мерещится везде
одухотворённый лик Петра,
ни на секунду не сомневающегося
в правоте своей.
Его слова
в порыве вдохновения
сначала сказаны в задумке были им,
а чуть попозже повелел он:
«Санкт-Петербургу быть!
Ему цвести здесь,
и скоро станет он
столицей Империи нашей!
Я так сказал —
я Император,
я Романов Пётр!»
Представить,
что вскоре на клочке земли
начнутся героические
и тяжелейшие работы,
и в самые короткие годы
на нём возведена столица будет,
укрощена Нева,
построены проспекты
и будут каменные на них дома, —
не умещается в сознании моём
и всех,
кто хоть раз бродил
по набережным
полноводной красавицы Невы
и любовался парками,
дворцами
и мостами
наипрекраснейшего города,
неспроста впоследствии
названного Северной Пальмирой!
Горжусь, что ленинградец я,
что вырос здесь,
что с самого рождения
ощущал себя
к чему-то приобщённым —
к истории
и к людям,
которые также самозабвенно
любили город свой родной
и воспевали его
в музыке,
в стихах
и в своих картинах!