Дрозд на голой ветке

В прозрачности дрожит, трепещет ветка,
Стоит непокорённая весна.
Сидит отец, чей дом разбит ракетой -
На голой ветке поседевший дрозд.

Сердца рябые на живой жилетке,
Что красили и душу, и живот,
Мгновенно потерялись, слившись с веткой
Каштана белого - то колокол из слёз.

Не меряется дрозд пернатой песней,
И соловей над ним не скачет, не поёт.
Он безутешность проживает в этом месте.
Но выдержит ли он, переживёт?

Покличет дрозд - ни голоса в ответ.
Отпустит перья, полетят как стрелы.
Троих малят, придавленных к земле,
Весна уносит, поломавши тело.

Скаженно воют, вдаль несутся ветры,
Невидимо обидчиков клянут.
И, скорбью наполняясь, души треплют -
Однажды к окаянному придут.

Запел бы дрозд, да голос рвёт от плача.
Цветки каштанов покоробил холод.
Бессердность ожила, бредёт, что кляча,
То зверь по ним свой утоляет голод.

Рябинник, прославлявший мать-природу,
Утратой занемог, склонил головку.
Ракеты покрошили, взяв свободу,
Разорваны в ошмётки души роду.

Не щебечи, сердечко, стань скрипучим.
Оставьте вы, каштаны, прежний шум.
Тут память отдаёт им люд могучий,
В тиши стоит среди потухших дум.

Не лей полям ты, соловей, свирели.
Седой твой друг слезами землю кроет.
Троих пташат, что у каштанов пели,
Земля обнимет ненькиной любовью.

Не флейты тут играйте, не гитары.
В страданьи вознесись, боли культура.
Пусть разрывает вопль, его несёт намедни -
Великая скорбящая бандура.