Солнце по крышам за лучи волоча

1

Солнце по крышам за лучи волоча,
За смоляной хоронясь тучею,
Демоны – в очи святых хохоча –
Добычу смиренную мучают.

Скудной воли остатком играючи,
Плоть терзая цепями и крючьями,
Покаянью хулу распеваючи –
Ловят души сетями паучьими.

Вновь химеры, лишь кошками зримые,
Оседлав желоба водосточные,
Полуночьями в окна гонимые,
Мрак уронят на клумбы цветочные.

Мостовых пролистав наваждения,
Фонарей босых жидким пламенем,
Из каналов свои отражения
Призовут остролистым знаменем.

Наставленьями пастырей лечатся
В поруганье судьбы соучастия –
Словно сполохи истины – мечутся,
Озарённые ложным причастием.

Не распрямятся спины согбенные
Лишь о праведных помыслах помнящих,
Настигают их кары мгновенные
О всевластье со временем спорящих.

За жердями скамеечек дремлющих
Не укрыться скрипичному ключику –
В партитуры блаженные – верящих,
Чернокрылые целятся лучники.

В неге винной несчастные случаи
Погребут любви чаянья бренные,
Стонут стрелы над гиблою кручею,
Перевитой чернильными венами.

Ветер будит органы надменные –
Студят души миноры тягучие,
Вторят моря стенания пенные,
Приютив всепрощений созвучия.

Тешат струны застолья бесчинные,
Плюя кости в футляры скрипичные –
Ночь рождения празднуют демоны
К низвержению света привычные.

Не приелись им радости тленные
Пустотой гороскопов составленных,
Пожалеют об участях пленные,
Увертюр упоеньем отравленных.

Покидая подземные стойбища,
Поклонившись забвенью кромешному,
Ощетинятся грозами скопища,
На пути к праотцу безутешному.

Медяки оплавляя на папертях,
Вложат копья в ладони протянуты,
Чтоб закатов червлёные скатерти
Были кровью в стихирах помянуты.

В телескопы ощерятся кратеры,
Лун, охочих до тёмного гульбища,
Рек гремучих бурлятся фарватеры,
Замогильные пестуя чудища.

В балахоне из терний – анафема
Поджидает сюиты беспечные,
Облаками в стаканчиках вафельных
Соблазняя мелодии вечные.

К ним на остовы терций обглоданных
Смоляное опустится пёрышко –
Вдохновений, задёшево проданных,
Не хватило на новое солнышко.

2

Горизонт опустевший заштопают
Звёзд хвостатых в каналы падения,
По брусчатке ботфортами топают
Нотных станов немые видения.

Сизой пряжею дева курносая
Над каштанами выткала марево,
Где на площади рать безголосая –
Режет зори на факелов зарева.

Не страшны ей набеги лазурные
Вешних вод на сомнений безбрежия –
Пеплу солнца клубится над урнами
Или мороку – с тучами снежными.

Всё едино для призрачной гавани,
Не предсказан исход звездочётами,
Бредёт дева в поношенном саване
С траекторий светила расчётами.

Ей пергамент с почившими нотами
Стал милей островов левитации –
За постылыми смерти заботами
Ледоходов проступят вибрации.

Это прах воскрешают подснежники,
Зорь круженьем над рощами спящими,
Где чеканят решимость мятежники,
Сны октав обречённых смотрящие.

Средь оживших прогалин отрочество
С непрочитанной книгою ссорится,
Доверяя страниц одиночество –
Парусам, что туманами скроются.

Выйдет юность с охапкою ландышей
Прогуляться на пажить небесную,
Дневников потаённые вкладыши
Подселяя в каморочки тесные.

По приставленным к радугам лестницам
В кельи девичьи грёзы спускаются –
Кладут письма несмелым кудесницам
Под подушки – где сказки рождаются.

В них на робкую фею охотятся
Предвкушенья романа счастливого,
В облаках башни стройные строятся
Над покоями принца красивого.

Обмакни очинённое пёрышко
В топь усопших озёр пред рассветием,
Между строф закручинится долюшка,
Обернувши утраты в столетия.

Обрамлённые рифмой признания
С безнадежьем отказов не встретятся –
Коготь чёрный твердит предсказания,
Огоньков овевая метелицей.

Поделись только жаркой кровинкою
Обронённой на простыни в спаленке –
Станут страхи слепыми былинками,
Заточёнными в огненном шарике.

Его искры по струнам дотянутся
До скольжений, смычками заученных,
Вереницы зарниц не расстанутся
С кавалькадой желаний озвученных.

Позабытых обрядов избранницы
Остановят времён мимолетие –
Под луной обернутся свиданьица
Утомлённых соитий соцветием.

В своих стонах во тьме зашевелятся
Порожденья завистливой похоти –
Жерновами страстей перемелется
Звездопад в остывающей копоти.

3

Вьётся ревность позёмкой колючею,
Горьких лет не простив поражения –
Скорбит месяц над ивой плакучею,
Неприкаянных бед умножением.

Он коснётся лучами стеклянными
Под скамейками скрипочек брошенных,
Войдут в раны мечи деревянные
На погостах крестов перекошенных.

Накренятся колоссы парящие,
Тухлых волн размыкая объятия –
Изрыгнутся в пучины смердящие
Романтичных иллюзий проклятия.

Шаги вдов по обветренным пустошам
Разминутся с весны благовестием,
Что завещано трепетным юношам –
Златокудрым достанется бестиям.

Искушения властью и скупостью,
Огней хладных на реях сияние,
Обручение с ветреной глупостью,
С вероломной легендой венчание.

Парусам, что лукавством просолены,
Не обресть меж тайфунов призвание –
Сошьют робы из них обездоленным,
Веру предав шаманов камланиям.

Острова, в лучезарье плывущие,
Якорями к чужбинам притянутся –
У штурвалов заклятья гнетущие
Сторожить вековечье останутся.

Лишь принцесса с фиалкой поникшею
Торит путь в королевство заречное,
Сахарясь переспелою вишнею
На устах тридесятого встречного.

Ворох перьев подарит скиталица
Топору – оберегом от прошлого,
Помнит цену добра бесприданница,
Вырвать крылья из тела помогшего.

Среди тронов картонных возникшие,
Перед нею шуты раскорячатся –
Дураки, в суеверья проникшие,
Вдруг покажут – где демоны прячутся.

Утомлённые пальцами локоны
В парики обратятся помажены –
Пауков безобразные коконы
На корону ей будут посажены.

Лижут факелы тени под крышами,
Утоливши химер вожделения –
Воспарят херувимы неслышимы
В уцелевших сердец сожалениях.

Не тревожа в морщинах старушечьих
Русла страстью ручьёв обезвоженных,
Бежит время за дудкой пастушечьей
Всетворца откровений низложенных.

С ним знаменья измены, ранимые,
Отвлекаясь делами несрочными,
Ожиданьем свиданий томимые –
Сочтут годы часами песочными.

Сгинет верность в дворовых сражениях
За любовь без венца окаянную –
Смертных душ к облакам небрежения,
За сакральную истину – пьяную.

Кто отводит глаза – лишь торгуется
О постыдных деяний бесчестии,
Шипят кошки вслед проклятым улицам,
Пустоты означая наместие.

4

Машут ноты в оконцах платочками,
Глядит в воду порочное счастьице –
По каналам – к мосточкам с замочками
Спешит девица в ситцевом платьице.

Там над спинами карпов задумчивых
Растворят синих глаз пробуждения –
Тенью замков воздушных разрушенных
Безответной мольбы унижения.

Из конвертов под кукольным домиком
Разлетятся сердечки бумажные –
Миражи с переменчивым обликом
Гонит ветер в замочные скважины.

Рады бурям дозоры летучие –
Бледных молний знамёна полощутся,
Косит мор города невезучие,
Души падшие в пропастях носятся.

В океанах смиренья раскатятся
Искуплений от тьмы отречения –
Дщери блудные с мороком схватятся,
Алтари окормляя мученьями.

Отвергая комет сострадание,
Провиденьем без цели отправленных,
Обрекут чудеса на изгнание,
Равнодушьем желаний подавленных.

Сажей вымарав крылья могучие,
Одолев вещих снов притяжение –
Воцарятся светила дремучие
Бессердечья холодным влечением.

Русый локон над стрелкою компаса
Подчинит метеоров скитания –
В храмах вновь – по велению космоса,
Бесполезные топчутся знания.

Там с осколков окладов целованных
Отпечатки страстей мельтешения,
Имена на страницах мелованных
Вытирают залогом прощения.

Позолоту сдирая стамесками,
Благодарны скупым подаяниям,
За лепниной и жухлыми фресками
Ищут тропы к благим воздаяниям.

Языком мерно цокает маятник,
В ночь уходят минуты молчания –
Грешниц водит у пропасти праведник
Погрешимости полон отчаянья.

Тлеет вера в пустых покаяниях,
Огоньки светлячков еле теплятся,
В обветшалых согрев одеяниях
Без призора расцветшие деревца.

Фонарями бульваров очерчены
Блекнут в лужах разлук аппликации –
Одиночества рунами меченых,
Сонной сенью погубят акации.

Не воротятся радуги к звонницам,
Ропщут грёзы, обидами колоты,
Где судьба раздавала заложницам –
Обещанья – в пыль звёздную молоты.

Всуе маки дурман свой истратили
На дрожащих ресниц утешения –
Благодать сократят знаменатели
Зодиака на шприцах вращением.

Меркнет рай у альковов заброшенных,
За край неба шар ситцевый пятится –
Прячут солнце в затмений горошины
В нелюбви заплутавшие платьица.