Грозовой перевал

Туман ложится саваном на скалы,
Вереск чернеет, вымокший в крови.
Здесь бездна разверзает два оскала —
Проклятье мести и ожог любви.
 
В холодном камне Йоркширских нагорий,
Где душный ветер бьется о карниз.
Из горьких слез и вековых раздорий,
Трагедии комета падает вниз.

Хитклифф, рожденный призраком и тенью,
Нашел в Кэтрин приют и вечный ад.
Две воли, обреченные к паденью,
В саду порока взращивали яд.
 
«Я — это он», — шептали губы сухо,
Пока предательство не выстроило клеть.
И нет для сердца тягостнее звука, чем,
То, как в разлуке начинает костенеть.

Гроза гремит над сломленным приходом,
Игла дождя вонзается в стекло.
Душа скитается по пустошам и бродам,
Туда, где всё когда-то расцвело.
 
Сквозь тридцать лет, сквозь кладбищ тишину,
Мертвец живого тянет за собой.
Один лишь шаг — и вы в одном плену,
Одной землей укрыты и судьбой.

Белеет призрак, бьется в окна ночью,
Моля впустить в остывшее жилье.
Любовь сдирает кожу, рвется в клочья,
Терзая в прах бессмертие свое.
 
На перевале, где корнями вьются,
Страданье, злость и дикая трава.
Лишь кости в темном склепе соприкоснутся,
Когда замолкнут тщетные слова.