Касаешься ты

Пальцами водя по спине,
Нежусь, лишь бы мне прийти к тебе,
В облачном разуме глупой любви,
Касаешься ты моей наготы.

Говоря со мной откровенно на ты,
Рождаешь узоры той мягкой любви.
В широкую ногу шагаю в просторе,
Тебя я люблю — но следом лишь горе.

Одна, в переулках широких,
Гуляя в аулах и нежась в любви,
Мечтаю к тебе через ветер и море,
Идти даже в бурю и запах весны.

Оставляя в тетрадках твои силуэты,
Целуя здесь краешек-мир у поэтов,
Я тихую песню спою по зиме,
О том как скучаю, но лишь по тебе.

Сшивая все шрамы узорами кукол,
Личаю к тебе свою злобу и нежность.
Влекусь лишь тобою, зовусь лишь к тебе.
И тихой шкатулкой вожусь по весне.

Двинешь губою — я тут же внимаю,
Ищу на страницах пыльных романов
Тебя и твой облик. Найду — я помечу,
Оставлю твои очертания в пометках.

Пытаясь сказать о любви по-другому,
Пишу эти строки в скромной, убогой,
Чувствами выжженной тонкой среде.
Ты звонок в ушах в своей череде.

Вот спишь. — я точно ведь знаю.
Опустил свои веки на пару часов —
Уже не могу без тебя, я — пустая.
Безвольный поток горьких слёз.

Когда моей нежной, ночной,
Ожиданиям ночи, конечная price,
Смахну я рукой, той обиды сухой —
Удары духовных моих барабанов.

Целуешь ранки любви своей странной,
А мог целовать бы мои лишь ладони —
Касаясь любви моей опечатков,
Когда оставляю свои отпечатки.

Касаешься вновь ты моей наготы —
Вкушай же плоды моей всей любви,
Касайся ладоней, моих очертаний,
Влюбляясь в мелодию сердца нечаянно.

Моей анемоне оставлю здесь строчки,
Которых тебе не понять никогда —
Ты пахнешь не морем,
Но я влюблена.