Там, где живая вода. цикл

    ДОН

Церквушек сень, вечерний мерный звон
вдоль тихих вод напомнят про уют.
Их блеск был русской кровью обагрён:
тут праведникам ангелы поют.

И поле Куликово здесь не сон,
Воронеж показал свой ратный пыл.
Перед легендою смиряю тон,
хотя в Задонске  реку переплыл.

А где-то море и шумит Ростов,
к ним птицы улетают от гнезда.
По берегам лишь призраки лесов;
среди степей горит её звезда.

Казачьей вольницы свидетель Дон,
террора ужас тоже помнит он.


    НА  КЛЯЗЬМЕ

Село Станки *) – Мещёры русской край.
Тут мужикам свободы Пестель не дал.
Стоит на взгорье опустевший храм.
Ужель великий декабрист в нём не был?

А для охотников, как прежде рай:
бывали Казакевич, Заболоцкий...
Вдоль поймы низкой слышен псовых лай
и канонада в там же на болотцах.

Рыбалку вспомнишь в старицах на щук
(жерлицей лов мудрён, но разрешённый);
уху с икрою, в роще дятла стук,
на бреге остов церкви разорённой.

В забвеньи боголюбские места **) :
здесь Клязьма, Нерль и Бужа, где-то Мста.

*)  Станки (Вязниковский р-н, Владимирской обл.) –
родовое имение Павла Пестеля.
**)  В местечке Боголюбово – находилась резиденция князя Андрея Боголюбского,
не надолго объединившего земли Киевской Руси.

   ВСТРЕЧА С КАТУНЬЮ

Когда с Пикета*) спустишься к Катуни
и руки струями её омоешь,
поймёшь: Шукшин здесь ведал дни не втуне.
Ты сам в упорстве видеть что-то стоишь.

Душа Алтая, дар снегов Белухи*),
среди хребтов встречаешь свой рассвет,
летишь в пороги, порождая слухи
про странность вод, их бирюзовый цвет.

За Сростками сольёшься вскоре с Бией;
И мощью, ширью Обь достойна пары.
Далёкий уголок хоть часть России,
в нём красота всего земного шара!

Петляет Чуйский тракт в речной долине.
Свой путь к истокам начинайте в Ине **) .

*)  Пикет — высокий холм над Чуйским трактом у деревни Сростки, родины  В. Шукшина. 
**)  Иня – населённый пункт, где Катунь впервые выходит к  тракту.


   ОКА

Пущино. Склон над рекою высокий,
трав разноцветия стойкий дурман,
в пойме зелёной, бескрайней, широкой
утром клубился холодный туман.

Это Ока отутюжила ложе,
в сонных дубравах скрывая альков.
Светлый покой, ни на что не похоже:
русской картине здесь много веков.

Зубров табун*) оккупировал берег,
Дела им нет до высоких антенн**) .
Ищет пульсары наука, взяв пеленг,
всё здесь смешалось: пора перемен.

Ловля подуста с косы и заплывы
солнечным утром настроят на труд.
Только кувшинки в уснувшем заливе
белые звёзды весь день берегут.

*)  На левом берегу Оки территория Приокско-Террасного заповедника.
**)  Речь о Пущинской Радиоастрономической обсерватории.