По старой улице

Я шла по старой улице, твоё
Ловя дыханье в нестихавшем гуле.
И неба подсинённое бельё
Сорвав с верёвки, ветер в нём разгуливал.

Запутавшись в исподнем облаков,
Он пьяным мужичком с походкой шаткой
Едва не сбил меня. И был таков.
Фонарный столб следил за нашей схваткой.

Позвякивал рассерженный плафон
Надорванным советским алюминием.
(Плохая рифма, гляньте!) таксофон
Разбитый всё взывал с угла к эриниям.

Гудков коротких длительный скулёж
Мешался с тормозов трамвайных скрежетом.
Стучало сердце. Сердцу невтерпёж:
Ну где же ты, ну где же ты, ну где же ты?

В витринных стёклах плыли облака.
Слепящий луч, раздвинув их процессию,
Надраивал латунные бока
Перилам. Тридцать градусов по Цельсию!

Вот полдень накалился добела,
Асфальт - что плов дымит на дастархане.
Уже согласна с ветром я была,
Глотать его прохладное дыханье.

Но ветер стих, должно быть, на обед
Отправился с дорожными рабочими.
Я в улицу всё вслушивалась: нет.
Тебя не слышно.
Ставлю здесь отточие.
Вдруг улица кивает: за углом -
Здесь близко, со смозоленными пятками
Доковыляешь - ждёт тебя, о ком
Исписывала тайные тетрадки.

Впечатан долговязый силуэт
В проём давно в костре почившей двери.
Ты разглядишь. Хотя другие - нет.
Ты разглядишь. Ведь ты умеешь верить.