Критик

Поверьте, за "небрежностью" поэта,
За красотою образов и слов,
За страстью, что нам видится как нерв.
В ней пыл, любовь — стенания их жертв...
Да, там порою правда есть всё это,
Но только как итог его трудов.

И потому лишь он успешен,
Что рваный слог (тот "пульс творца"!)
Не на ходу рождён, не в спешке,
Но в правках, коим нет конца.
Тех, что нагрянуть любят ночью:
Вставай скорей, пиши, не то
Ты, утром разомкнув глаза,
Поймёшь, что всё, как сон, ушло.
Но ты уже ТОГО не хочешь.
Ушло? И ладно — только за!

Идеей новой одержим,
Наверняка.. нет, даже точно
Та звонче, ярче! К чёрту ночи
И их капризы. Снова жизнь,
За всё простил.
Уже не ропщешь.
В приливе сил
Смыкаешь строчки...

Сокрыто многое от глаз.
Те сотни правок, что порой
Легко меняют всё на раз,
Щелчок — и жанр уже иной!
А следом — новый, с новым ритмом,
Ушли герои: нет того,
За ним и этого, и той...
Прочь гонишь, что давно избито,
А в горле крик, мольба: "Постой!"
Но те уж далеко.

Твой критик строг.
Хорош в работе
(Хотя тебя же часть он вроде!),
А потому готов в расход
Пустить всё то, что его взгляд
Пометил вот примерно так:
"Зачем он? Лишь бесцельно бродит,
Одет безвкусно. Тот небрит,
В цветах не тех — не по погоде.
И этим только портит вид..."
Вот потому идут "под нож",
И ведь не скажешь, мол, "не трожь!".
Сам сгинет, и тогда прощай,
И нерв, и страсти — всё, за что
Читатель привечал.
То — персонажи, ладно, пусть.
Вам мельче покажу детали.
Их правят чаще — снова, снова...
Они: печаль, страданья, грусть
— Всё то, чего бы не узнали
Без них. Они — всему основа.
Слова. Их участь незавидна.
Их заменяли столько раз,
Что те порой не успевали
Не то что сблизиться — узнать
Соседей имена
(За них особенно обидно).

Вот так вот магию творит
Поэт, чей стих был так "небрежен",
Так жив, так полон чувств, так нежен.
Но это только внешний вид.
Рука чья сор весь убрала?
То — критику хвала!

Поверьте, за "небрежностью" поэта,
Сокрыто многое — отнюдь не только это...