С хлебного поля

Чем болеет население?
Человечество? Мир? Не успевает переваривать собственных амбиций? Прошлого? Настоящего, или будущего? Может, отходит от эйфории, похмелья? Поняв, что это не та элита, не их бабка, не их время.
Интересно, а что стимулирует человека быть здоровым и сильным? Быть взрослым и живым? Наверное, обычное внимание. Нет внимания и человек никому не нужен, со своим здоровьем и капиталом. Хоть с лестницы он падает, хоть возвышается над водой. Кому он нужен, если все убежали нюхать дохлую крысу.
Убежали искать виноватых. Убежали на последний автобус. Последний звонок? Платить последний взнос по ипотеке? Убежали по акции, на рекламную паузу.
Люди заняты, получают зарплату, платят налоги. Живут полной жизнью. Попробуй сместить точки опоры и этот мир рухнет и не восстановится, даже на новых физических принципах. Привычки жить на готовом не дадут возможности совершить манёвр. Хватательный рефлекс не отпустит тот хлам, и те перья, за которые держатся выгодополучатели, набравшие призовые бонусы ибаллы.
А ведь, если б не провели экспроприацию, многие так и не увидели б новый мир. Не вступили б в новую фазу развития, нового либерального со общества демо и кратии. Перепрыгнувшего через головы поколений.
Это примерно как, если не оставить свой новенький Ламборджини и не уехать от родителей учиться, то образование так и останется далёкой мечтой. А повестками, замусорят все почтовые ящики надежды.
- Димон! Дай семечек. - Атымнечё? – Аятебе грехиотпущу, за бесценок.

Почему смерть оправдывает существование? Почему болезнь ведёт к смерти? Почему эти ограничители срабатывают, как финишные флажки цивилизации?
Хочешь идти быстро иди один. Хочешь идти далеко идите вместе.

А с кем идёт элита? С капиталом? Вложенным в чужой народ? Пока смиренный и послушный не дотянет до первой переправы. Где ставки резко вырастут. И настанет истинная расплата. За счета исемечки. Украденные с хлебного поля.