Печатная машинка Сталин жив!

Начнём опять сначала,
Мы к морю вновь  в Ливадию.
К подножью пьедестала,
Тут были эти дяди.

Наш Сталин, Черчилль, Рузвельт,
И вот итог войны.
Война Советского Союза,
В Героев Битвы влюблены.

Ах, это царский особняк
Из белого,  из камня.
Дворец ведь как никак,
О Николае память.

Ну вобщем мимо мы бежим,
Скорей на бун, скорей!
По парку будем уж потом,
Своих веду зверей...

При Украине можно прыгать,
А при России нет.
Там дяди в карты режутся
И мне дают совет:

-Тут ФСБ-поосторожней!
Мне  по...все УПРСТ.
И прыг собаки с буна,
Сальто мортале. Фе!

На пляже ФСБ лежит
Такая тётка жирная.
Одна всё занимает,
И дама не кефирная.

Охранник уж до нас бежит:
-Ту тётю не будить!
Да мы в нейтралке ведь!
Так при России жить...

А после Референдума,
Всеобщего спасения.
Пришли ко мне из ФСБ,
Я патриот Евгения.

И помню я Макаренко,
Машинку он искал.
Считайте это обыск,
Такой вот был финал.

Ему сама я показала,
Машинку, не звезду.
Та довоенная, стара,
Писуча я, в поту.

На ней стихов я набрала,
Аж целых десять книг.
И жалоб писано немало,
Весь шар земной -пострИг.

И в келье я стучала,
А на меня стучат соседи.
Мой пулемёт работал,
Для власти это вредно.

Пошёл Макаренко туда,
Куда его не слали.
Мне вспомнилась одна беда,
Ещё одни печали.

Вот так Россия оценила
Весь мой патриотизм.
Я эстафету приняла
От Пушкарёвой-приз.

А Сталин жив, пока
Машинки наши ищут.
И не умрёт он никогда,
Мы власти просто пища.

    Я помню статью в одной газете, она у меня хранится -"Когда умрёт товарищ Сталин?" И теперь воронки, автозаки, сажают ни за что.
 Карательная медицина, блогера Илью Ремесло  закатали. 
В психушку без его согласия. А то со мной спорят, только по согласию.Закон.
  Новый 37-ой год наступил. И давно, не теперь.
Сколько Сталин погубил людей, сажал, стрелял, 40 млн. голодали при нём.
Войну проворонил, начало, погубил ещё 27 млн. человек. Россия-сплошные лагеря.
Всё построено на костях зеков. После ВОВ людей в плен на 10 лет. Инвалидов на Валаам и Соловки. Сталин губитель народа и душитель.
  При Украине к Пушкарёвой Н. -борцу, соратнице моей приходили изымать машинку. Тот Румянцев Г. помпрокурора Ялты и судья Ганыч.
  С Румянцевым мы долго сидели в его кабинете, читали Есенина, он удивился. Сразу слетел с меня ярлык.
Просил заходить, предлагал компромисс, обратно к мафии на работу.
Нет, главное-жильё. Меня-почётного ветерана Интуриста убрали с двумя детьми за борьбу с работы. Это было в развал Союза. Самое тяжёлое время.
  Потом Пушкарёву убили, она узнала много, номера валютных счетов. Писала о том книгу. Заказчиков знают все. Говорят киллер Ротарь, убийца уже умер, мать его жива. Отсидел 12 лет. Я была на суде, они  мне обещали то же.
   Убийцы сидели в зале, не за решёткой. Спектакль, судья Рубан.
Так что машинку забрать-всё повторяется и при России. Власть одинакова везде.