Вопреки мертвечине

Слышишь голос жуткий в гневе?
Век толдычит об одном,
Что нету в Мире места вере,
Что толпы мертвецов кругом.

И ты стоишь средь них в числе,
Как будто в самом диком сне:
Но ведь не сон! Души ведь нет.
Погас культуры милый свет.

В руке ты держишь острый мечь.
Ты не мертвец - живой!
Как бы дорогу смерти пересечь,
Возращаяся домой?

Воткнул кому-то резко в грудь.
Слышит крики кто-нибудь?
Их нет! Рот у мертвеца зашит,
Он пал на землю и молчит.

Потом один, второй - всех бей,
Пока горит огонь страстей.
Душит тишина без правил,
Свой мечь ты в руку вставил.

Гора людей. И не живых.
Давно их гнила душа.
Было это ради них?
Толпы брелись, не спеша.

А смысл есть в сией поэме,
Когда уже не место вере?!
Исправить Мир не суждено,
Убивая, как в кино.

Теперь один ты, весь в тоске,
Черетишь знаки на песке.
Те мысли заново взялись
И в голове навек сплелись.

Пять лет назад, пока жив мир,
Спасть нужно людей!
Изучали б красоты лир -
Не было б смертей…

Они не знали и науки,
Не знали Гамлета вопрос.
Остались гнить побоев муки,
И ты, битый на износ.

Тогда пытался и учил,
Но упрёки получил:
Не хотели те спасенья,
Кидали колкие презренья.

Винить себя не нужно, знай!
Иди ты пешим дальше.
Не будет Мир как раньше.
Ожидает словестный рай.

В тихий, мирный уголок
Писатель сразу заволок.
Излечит душу после дня,
Писатель этот буду я.