Покорённый Берлин

Чужая сцена, сумрачный Берлин,
Поэт пришёл в собрание один.
Двенадцатое мая, шумный зал,
Никто его стихов тогда не ждал.

Свистели люди, слышен злобный гул,
Но он вскочил уверенно на стул.
Сказал толпе: «Меня не испугать,
Я тоже с детства пробовал свистать!

Четыре пальца в рот засуну я,
И задрожит немецкая земля!
Никто не сможет нас пересвистеть,
Придётся вам сейчас на всё смотреть!»

Утихли споры, прекратился гул,
Как будто ветер северный подул.
И полились красивые стихи,
Прощая все обиды и грехи.

«Не плачу, не жалею, не зову», —
Звучало словно песня наяву.
И плакал зал, забыв про свой протест,
Приняв душой такой прекрасный жест.

12 мая 1922 года стало значимым событием в жизни Сергея Есенина. В этот день он впервые выступил за границей — в берлинском «Доме искусств» перед русской эмиграцией. Это было первое публичное выступление поэта в Европе в рамках турне с Айседорой Дункан, его женой.

Есенин пришёл в кафе «Леон», где располагался «Дом искусств», один, без Дункан. Поначалу публика освистала его. По воспоминаниям очевидцев, кто-то в зале крикнул «Интернационал!», и часть публики подхватила призыв, но другая отреагировала резко отрицательно — слышались злобные выкрики и неодобрительный свист.

Есенин не смутился. Он вскочил на стул и заявил свистунам: «Все равно не пересвистите. Как засуну четыре пальца в рот и свистну — тут вам и конец! Лучше нас никто свистеть не умеет». После этого он начал читать стихи. Сначала он продекламировал «Не жалею, не зову, не плачу», и зал был покорен. Следом последовали другие произведения, которые собравшиеся слушали с восхищением.