Тетрадь Больного

День первый.
Я попал в психбольницу. Ни за что. Ничего я никогда не делал. У меня есть только тетрадь, ручка и Евангелие. Больше ничего. У меня нет друзей. Мне нужно сделать что-то, что помогло бы мне достичь просветления, достичь дома.

День второй.
Я начинаю плакать. Евангелие есть мое утешение. За один день я прочитал 5 глав. Мне делать нечего. Что можно сделать абсолютно одному, без ничего? Что можно сделать, ничего не имея? Я раб раба, я должник должника. И я не знаю что мне сделать.

День третий.
Все кричат. Кто-то от скуки, кто-то от радости, которую они себе придумали, а кто-то от грусти, и это был я. У меня все так же нет общения, но мы находимся в одной комнате, все двадцать людей.

День четвертый.
Я читал Евангелие. Ко мне подошёл один высокий парень, лет шестнадцати. Он сказал всего лишь одно слово: "привет". Но я понял, что это мой шанс стать рабом господина, а не раба. "Теперь я не одинок!" Подумал я. Я сказал ему: "привет! Кто ты?" Он сказал: "меня зовут Артем. А тебя?". Я решил ответить: "Виталий. Приятно познакомиться!"

День пятый.
Я и Артем стали друзьями. Мы были лучшими друзьями! Или другом был только я?.. у Артема было много друзей. Он почти не общался со мной после вчерашнего дня. Я понимаю, это нормально, но в глубине души чувствую себя... Грустно. Что будет, если это дружба на день? Что будет, если я опять буду рабом раба у раба? Что если я прочитаю Евангелие за несколько дней или недель? У меня не будет утешения? Или я буду перечитывать это? Что я могу сделать, чем мне поможет Господь Бог? Он может помочь всем! А я, всего лишь ничтожество: Артем, я и другие люди это рабы Медсестр, а медсестры у врачей, врачи у государства, а государство у Бога...

День шестой.
Уже шестой день как я тут... Суббота, новый день. Как мне быть?  Артем ушел к своему дому, ибо был здесь очень давно. Я его провожал, его пять друзей его провожали, только его враги не стали его провожать. Я ищу человека, я ищу знакомого, я ищу непритворного друга, я ищу того, с кем можно быть всю жизнь! Но такого нет... Либо те, кто на несколько часов дружит, либо те, кто просто притворяться другом, чтобы получить что-то: развлечение, попытку разорвать Евангелие или разрисовать его, или украсть что либо. Как мир гниёт, как труп, как то, что невозможно убрать в гроб или воскресить...

День седьмой.
Сегодня неделя того, как я в этом аде. Так мало времени, так много драм. Сегодня я осознал: время течет иначе, минута это час, час это день, день это неделя, а неделя это месяц... Сегодня с меня сняли одну из рубашек. Они надели на меня новую одежду! Благодарю тебя, Господи за то, что помог мне получить эту одежду! Для меня это крупный праздник, день от которого, наверное, зависит вся эта неделя! Так ещё ты даровал мне помыться перед этим:
Хоть на кривом и скользком полу, хоть и ледяной водой, но всё же дал! Благодарю тебя, Господи, благодарю тебя!


День восьмой.
Сегодня понедельник. Сегодня, второй, хороший день подряд! Сегодня в больницу попали целых три человека: Игорь, Глеб и Михаил. Я чувствую, что им плохо, но я знаю, что это мой шанс, мой шанс стать человеком, не просто человеком, а человеком с друзьями! Я помолился, встал и решил встать на место Артема, только преданного. Я просто сказал им: "привет, я тут неделю и у меня нет друзей... Можете стать моими друзьями?" Игорь промолчал, а Михаил и Глеб воскликнули: "Конечно мы будем твоими друзьями, и мы не будем уходить куда либо!" А Игорь засмеялся и прошептал себе: "хах, друзьями будут они, да он их в первый день бросит и предаст!"

День девятый.
Я всего лишь таблетка в руках этой больницы... Меня могут дать кому угодно, и съесть, а могут оставить себе на будущее... *Философия дня*
Тут, в этом помещении, где нет окон, а все покрашено в пастельный зелёный я вижу смысл в двух вещах: вера и дружба.
Вера как утешение, как связь с потерянным. А дружба это то, что помогает лучше любой, даже самой лучшей таблетки. Друзья всегда с тобой, ты можешь говорить о вере, о жизни... О вере?! О христианстве?! Проповедуйте, миссионерствуйте, носите Евангелие хоть на край света! Прозрите все народы и страны, все цевилизации, весь мир!


День десятый.

"Сегодня важный день, как для меня, так и для вас!" Сказал я Михаилу, Глебу, и Игорю, стоя на стуле. "Сегодня я делаю веру в Бога для всех! Ибо заметил я, что мир ужасен стал, и в вас, и в вере мое утешение! Я, хоть и не святой, хоть я букашка, таблетка или раб раба, но я верю, а это главное!". Все захлопали в ладоши. А медсестра тетя Ольга записала о чем-то в своем блокноте. Стены стали ярче. Я начал проповедовать: я рассказывал всё что знаю. Больше всего вопросов задавал Михаил. Он был лучшим другом. Намного лучше, чем Артем! Я решил назначить его своим главным помощником. Мы весь день обсуждали о Боге, о том, как он помогает, и какие искушения тут возможны.


День одиннадцатый.

Теперь, с вчерашнего дня, моя жизнь так изменилась, как об этом заявлял я! Я начал верить в добро, теперь для меня вера не просто утешение, оно для меня смысл жизни. Тот самый смысл, который никто не может здесь найти, это тот смысл, ради которого я живу! Если у меня не будет Евангелия, мне будет конец, ибо смысла не будет... Смысл, вот ради чего сделана жизнь! Она сделана ради смысла, а смысл ради жизни, а жизнь ради Бога, Господа Иисуса Христа! Возможно, я стану одним из господ, рядом с земными Богами в Белых Халатах, медсёстрами! Кто об этом может знать, кроме Бога?..

День двенадцатый.
Пятница. Утро. Сегодня ко мне подошёл один человек! Его звали Давид. Он общался с Игорем, и потому я про него знал, но очень мало. Давид нервно сказал: "зачем ты проповедуешь? Какая тебе от этого польза? Евангелие не поможет!". В это время я сжал Евангелие в руках. Давид был сильнее меня, и потому своими сильными и длинными руками отобрал Евангелие! Он взял мою ручку, почти изрисовал и... На нас начала кричать тетя Лена. Она отобрала Евангелие у Давида и у меня. И никому не давала.
Вечер. Я весь день ждал Евангелие. От скуки я стал рисовать закарючки в тетради. Потом я записал все знакомые мне цитаты из Евангелия. Поздно вечером, почти ночью, а точнее в девять вечера, мне выдали Евангелие, и сказали, что нам нужно спать.

День тринадцатый.
Надеюсь, что половина пути пройдена... Я боюсь Медсестр как огня, ибо они пытаются дать диагноз, которого нет... Тетя Ольга сказала мне: "перестань верить в Бога, если ты продолжешь делать это, ты будешь здесь каждый год! Всю жизнь, чтобы просто выжить! Денег у тебя не будет!". В глубине души я молился: "Господи помилуй". Я сказал тёте Ольге: "хорошо, но давайте я буду читать Евангелие, и иногда проповедовать". Тетя Ольга согласилась. Я думаю, что это благодаря молитвам "Господи Помилуй" и "Отче наш" которые я читал.

День четырнадцатый.
Утро.
Вторая неделя как я тут... Я есть... Мои друзья есть... Мы есть... Мы есть, но мы не свободны... Мы птицы в оковах... Оковы это местные власти, птицы это мы... И хоть я грустный, но сегодня важная новость: к нам придут врачи. Они всегда на втором этаже, мы на первом. Сегодня я первый раз увижу врачей! Артем когда-то говорил: "врачи могут сказать правду, могут сказать ложь, а могут сказать ложь в оболочке правды".
Вечер.
Врачи пришли. Их трое. Они задоли всем нам один вопрос: "как ты себя чувствуешь?, потом говорят диагноз, поведение, и не важно, правдивое ли оно или нет, а в конце нам дают один вопрос. Всего лишь один единственный вопрос! И все спрашивают: "когда нас выпишут?" Или "когда мы выйдем из этого ада?".
Наконец, очередь дошла до меня. Я не думал, что скажу, ибо в Евангелие говорилось: "не думай что ответить, ведь Дух Святый поможет". Он мне помог. Первая женщина сказала мне, как и всем: "как ты себя чувствуешь? Зачем ты веришь в Бога?" Я ответил: "Я птица. Христианство мои крылья. Евангелие гнездо. Я не боюсь оков!". Она ничего не ответила. Вторая сказала: "диагноз: шизофрения." А третья сказала одно слово: "Вопрос?" Я ответил: "когда я перестану быть таблеткой?" Она прошептала другой: " это шизофрения, он явно не осознанный. Надо проследить за ним. ", но сказала мне: "через неделю"

День пятнадцатый.
Что значит быть шизофреником?.. это значит быть таким, каким хочется?.. Или быть тем, кто не боится?.. Это быть верующим, говорить притчами или я реально не такой как нужно... Как быть таким, чтобы ты был не сумасшедшим, а юродивым Христа ради?.. Святый Боже, Святый Крепкий, Святый Бессмертный, помилуй нас, рабов твоих, , Михаила, Глеба, Игоря,Артема и Виталия, и даруй разумение, для чего мы живём такие страдания, зачем это нужно... *Философия дня, и возможно, жизни*

День шестнадцатый.
"Все! Осталась неделя" думаю я. А что если это неправда, ведь любую ложь можно подложить ввиде правды... Что, если я буду здесь всю жизнь?.. нет, такого быть не может! Я пошел к Михаилу, и сказал: "я сейчас грустный. Не мог бы ты мне помочь? В любом случае, я отдаю тебе свою миссию." Михаил сказал: "от того что ты расстроин, веру бросать нельзя, ибо ты просветитель этих двадцати людей, ты просветитель этой больницы! А я кто? Я всего-то лишь Михаил без имени. Я твой друг, я твой помощник". Я сказал: "ты когда нибудь, получишь мою миссию, и если ты её не получил вчера, и не получил сегодня, то получишь завтра"

День семнадцатый.
Началось... Началось то,  что предсказали врачи в день четырнадцатый... За мной следят, верить не дают... Как я это понял? Я молился, делал крестное знамение, и меня повели в комнату "процедурная". Там мне сделали укол. Я уснул. Мне снился сон. Там был свет и рука. Из света был голос: "верь...". После этого я проснулся опять на том же месте, где молился. Я не понял что это было, но я понял что это от Бога. Всем нам давали одну половину маленькой рюмочки размером с большой палец в день. А мне ничего. Это гонения? Это гонения!

День восемнадцатый.
Что сегодня, для завтра сделал я? *Философия дня*
Вечер. "Мне нужно притвориться не верующим, а в жизни верить ещё больше" прошептал я Глебу, Игорю и Михаилу. Михаил и Глеб сказали: "так и переносили святые эти ваши гонения." Глеб прошептал: "а если они узнают об этом?" А Игорь проговорил: "Это неизбежно, ведь Я знаю об этом! Меня предал такой же зверь как ты, теперь я предам того, кто похож на того зверя..." Я уже говорил молитву: "Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешнаго". Игорь рассказал медсестрам мою тайну, которую я говорил только друзьям, чтобы они мне помогли... А он... Как он мне помог?.. теперь у меня могут забрать самое ценное: Евангелие! Я обязан сделать так, чтобы Евангелие было со мной всегда: хоть нет его, хоть есть, оно со мной было!
Ночь. Два часа ночи. Я ждал шесть часов. Медсестры уснули. Теперь я могу писать Евангелие! Ночью, в кромешной темноте... Как это сделать?.. у меня четыре часа на всё Евангелие от Марка. А если тетради не хватит, а если страница громко будет перелистываться? "Мне конец!" Подумал я, но в друг я увидел Свет. Этот свет был с рукой! Это тот самый сон, только наеву! "Верь и Пиши" сказала рука, а точнее то, что выше. Я стал писать как писарь, как тот, кто писал Евангелие десять раз. Я успел написать всё Евангелие за два часа. Оставшиеся два часа я спокойно спал.

День девятнадцатый.
Ко мне подошла медсестра тетя Таня. Она сказала: "тебе нужно пойти к психологу, это обязательно". Она меня отвела на второй этаж. Там были врачи, и другие люди, пациенты, которые видят в темноте, так же как я. Я поднимался по лестнице. У меня болело сердце. Оно билось, будто предвещало ритм бед, очень быстро и сильно. В конце-концов я пришел в кабинет номер 106. Там была женщина, лет пятидесяти, очень толстая, килограмм под сто тридцать. Тета Таня ушла к тете Ольге. Я пробормотал: "здравствуйте... как вас звать?". Она ответила: "здравствуй, меня зовут Галя.". Она дала мне четыре куба. Красно-белых, и попросила составить ромб, треугольник, куб внутри куба, и другие фигуры. Затем она стала расспрашивать меня как преступника на допросе:
Зачем ты веришь в Бога?
Как ты относишься к тому чтобы ты убил кого нибудь?
Как ты относишься к тому чтобы ты не был дурным?
Как ты будешь жить без Евангелия?
Как ты относишься... Кем бы ты был... Эти вопросы сливались в один большой вопрос: "Зачем верить, если можно отречься от Господа". В конце допроса Галина сказала: "я пойду к врачам, нужно поговорить кое о чем...". Я подумал: "не к добру это, что-то должно произойти..."

День двадцатый.
Теперь я в изоляторе. После вчерашнего допроса врачи отправили меня в самое худшее отделение: отделение где нельзя говорить, потому что просто не с кем, в отделение, где нельзя думать, потому что мысли это контроль разума, который не нужен системе... Теперь мой собеседник это тетрадь с Евангелием и прошлыми днями. Я чувствую себя как в первый день, но теперь обсолюлно один... Нет тех двадцати людей которые кричат от выдуманной радости или скуки, теперь есть только я и Господь, которого ограничивают те, кто слабее его. Как человек может остановить крокодила, который сильнее его? Никак! А если он не может остановить крокодила, то как он остановит Бога, который во мне, в его сыне?..

День Двадцать первый.
Утро. Я живу. Я хочу сбежать, но сбежать не наружу, а к Богу. Ах, какие дни те были сладкие... Тут тоже самое, только в одиночестве. Делать нечего. Только белые стены. Я пытался подать сигнал ...---... Но это не помогало. Я пытаюсь вырваться к свободе мыслей.
День. Я слышу от поварихи тети Нади слова: "сегодня будет обход". Обход это такое почти мистическое явление, когда появляются врачи. Они появляются как из воздуха, они говорят воздух и сами становятся воздухом.
Вечер. Обход наступил. Ко мне пришла эта "троица" врунов. Одна говорит: "как ты себя чувствуешь?" Я говорю: "ужасно, но я буду говорить с вами так же как вы говорите обо мне. С праведниками обращаются праведно, а с лукавыми по лукавствию их!" Вторая сказала третьей: "состояние ухудшается, я не знаю, куда его можно деть, самая ужасная палата дана!  Какой диагноз дать не знаю, лишь бы поставить, а он такой ужасный, что ни один диагноз не подходит, а нам надо чтобы он успокоился, чтобы разума не было!". Третья сказала: "Виталька, нужен вопрос?" Я ответил: "нет! Вы сказали мне неделю назад обещание, которое не сбылось, так будет до бесконечности!" Одна из них сказала: "какая наглость! Ольга Евгеньевна бегите к нам!" После этого я уснул как убитый.

Три дня тьмы или дни двадцать второй - двадцать пятый.
День тьмы номер 1.
Неизвестность. Я вижу... Ничего! Ни света, ни тьмы. Просто ничего нет! Это так странно... Нет ничего, это нельзя представить. Так было долго. Потом появился свет, он был золотым, таким ярким, что я бы ослеп если бы это был не сон. Из этого Света вышел человек, ещё светлее чем этот свет.
День тьмы номер 2.
Силуэт Человека стал силуэтом чего то большего, чем обычного человека. С левой стороны вышла тьма. Она была бордовая. Из этой тьмы вышел зверь. Зверь как человек...
День тьмы номер 3.
Силуэт света подошёл ко мне, посмотрел на меня, и я понял: это Господь! Тот к кому я шёл! Я его обнял, но к этому времени шел зверь. Бог взял зверя за шкуру, коснулся его, и зверь исчез. Потом ко мне подошёл свет и сказал: "верь, говори и люби"
После этого я проснулся. Но я был в другом месте...

День Двадцать шестой.
Я проснулся. Я в отделении, где был с самого начала. Меня убрали из изолятора. Теперь я рядом с Михаилом, Игорем и... Глебом? А где Глеб? Где он?! Я спросил Михаила: "где может быть Глеб?". Михаил ответил: "Он взял твой путь. Он стал проповедовать. После того, как ты вернулся почти мертвым, его отвезли в отделение изоляции. Теперь мне неизвестно, что с ним..."
Бог всемилостив, зло делает с тобой всё что захочет. *Философия дня*

День Двадцать Седьмой.
Я разговаривал с Михаилом. Он сказал: "я был тут давно, и знаю, что нужно быть где-то месяц. Ты уже двадцать семь дней, осталось всего-то три дня" я сказал: "тут только ложь, они могут подумать что у меня ухудшается состояние от того, что я молюсь, считать сумасшедшим за то, что знаю правду..."

День Двадцать восьмой.
День тянулся как резина... Я ждал, ждал и ждал... Теперь минута это день, час это неделя, день месяц, неделя год, а месяц век. Была бы возможность, я бы сделал машину времени, лишь бы передвинуться на полчаса вперёд.  Я читал Евангелие, думал "читаю часа два", а по факту минут пятнадцать. И так всегда...

День Двадцать девятый.
Я пошел в столвую куда шли все. Там повариха тетя Надя сказала: "Виталя, тебе остался один день, и ты будешь дома!" Теперь время тянется ещё дольше. Я решил перечитать всю тетрадь. В тетради было очень много места. И когда я прочитал всё, я понял: мне нужно, чтобы мое дело продолжили! Я подошёл к Михаилу.
Я сказал:
"помнишь, я говорил тебе, что тебе перепадёт миссия".
Михаил ответил с предвкушением: "да"
Я сказал: " я передаю тебе Евангелие и тетрадь. Будь с ними аккуратно, а потом передай своему другу после меня, и скажи, чтобы он сказал своему другу тоже самое, что сказал я тебе..."
Михаил поблагодарил меня:
"Я не ожидал такой милости! Я буду передавать наше учение из поколения в поколение. Спасибо огромное!"

День тридцатый.
Утро. Глеб вернулся. Я рассказал ему обо всем, что произошло. Мы душевно поговорили. Затем я поговорил с Михаилом. Игорь пришел ко мне и раскаялся, он признал свою вину. Давид смотрел и плакал. Только один подросток с фамилией Бердошкевич сказал: "наконец то этого придурка не будет". Но это ничего не значило! Ко мне пришли попрощаться друзья, друзья друзей, знакомые и даже враги! Мы всё плакали: все от грусти, а я от радости. Врачи пришли и отрыли мне дверь. Я ушел из этого здания почти бегом, но потом оглянулся: там были друзья и враги, добро и зло, но всё же победила вера и добро!


Эпилог:

Тетрадь передавалась три года. За это время врачи успели поверить в добро, медсестры научились сострадать, а пациенты радоваться. Я стал миссионером. Я стал проповедовать как раньше, но с утроенной силой. Я проповедовал до конца своих дней...