антифриз

***
ночь, воздух душистый, тяжелый,
новорожденный лошак с сеном, налипшим на тонкие лапы,
это черная ночь и луна, они не мешают друг другу.
я придавлен грустью, как записка камешком,
не читай меня,
не сбрасывай, пусть полежит.
это только моя тишина — черный атлет
со 300-килограммовой штангой на плечах,
гриф прогибается, но не ломается.
эта дрожь в коленях — чашечки и блюдца в сервизе
при легчайшем землетрясении, да, сделай мне чай.
я знаю, печаль дана, чтобы не забывали,
кто мы, и как бы высоко ты ни взобрался в жизни,
/любимые дети выросли, спрыгнули, как кузнечики,
с груди, а ты спишь в летнем поле/.
как бы высоко ни поднялся по ступеням,
осыпаются кружевами пепла твои шаги,
черные снежинки-лопухи на манер подсохшего клена,
так бывает, когда сгорают листы бумаги,
иногда рукописи все же сгорают,
под нами всегда бездна. и что бы я ни делал,
творил, наслаждался мелодией или сюжетом сороки в саду,
ворующей собачью кашку из миски,
подо мной дышит бездна,
как прибой ночного океана с высоты вертолета.
печаль — это моя плацента, и не спеши ее перерубить лопатой,
ты еще не родился, не мешай самому себе,
это лучший совет, который я могу дать себе,
но я не послушаюсь, и снова будет вечер, и фонари
зажгутся, понурые, как жирафы,
сквозь зернистое золото ветвей —
церкви для мотыльков и тех мелких рептилий,
кто мотыльков пожирает,
свет смертелен, но и тьма не нужна.
нельзя вывести звездное небо, как тюремную татуировку.
остается печаль на донышках фраз, антифриз,
знак качества творца настоящих слов, дел и созвездий.
горечь несовершенства, космический шаттл сбился с пути
и теперь потерявшийся ребенок в космической пустоте
плачет шопеном в эфир на миллионы лет  и км.

2022 -