Отче наш...

Не проходит болезнь. Вышел я из больницы,   
А две «дамы» — лет двадцать им — в небо дымят.
Снег пушистый и шепчет мне: «Надо молиться!» 
А  их детки  в колясках: « Курнуть бы!» — кричат.

По тропе, чертыхаясь, бреду еле-еле…
Настроение — пропасть, а дальше как жить?
И вдруг  белка! От сосенки прыгнула  к ели
Да и к Господу — вверх, и по веткам вершить.

 Что же делать мне дальше? Сильна занемога…
Я всю зиму лечусь, только толку-то нет.
Я устал от борьбы, где моя ты, подмога?
Для души и для тела: и нежность, и свет!

Подхожу — перекрёсток, вблизи скандинавка
Завершает почётный свой утренний круг.
Подошла и взглянула: «Ну здравствуй!» и к лавке…
Только в сердце моём что-то ёкнуло вдруг!
 
Взгляд её был пронзительным, тёплым и нежным,
И глаза источали и свет, и  любовь…
То Господь дал мне знак свой любви и надежды,
В том, что я не один — веру дал Он мне вновь! 

Я не понял сначала: «лучистый, откуда?»
Кроткой девой любовь поселилась в меня…
И я понял: Господь сотворил со мной чудо —
Продлил жизнь Он душе, чуть добавив огня!

И я начал тихонько весной поправляться…
Солнце грело всё чаще, день прибыл — длинней.
И я понял: Всевышний, чему удивляться?
Всё в руках Твоих, Отче, и Ты всех сильней!