Взбалмошный капитан - 41. Эпатажный репортаж

(забавные истории)

Новый день на лайнере начался весьма бурно.
На кухне подгорели дорогие деликатесы – за ними просто не доглядели. Из распахнутых дверей весело и щедро валил густой дым. Шеф-повар ругался на подчинённых и бросался в них посудой. Те ловко уворачивались и торопливо прятались кто под стол, кто за шкафы. Посуда же падала и ударялась о пол и стены с громким звоном.

Ближе к обеду (которого, похоже, ни у кого не будет) радист сообщил капитану Джонсону, что пришла радиограмма с берега, угрожающая (зачёркнуто) предупреждающая о прибытии репортёров на "Смелую чайку". Крупному телевизионному каналу "МыМР" ("Мы Молодые Репортёры") надо было сделать развёрнутый репортаж о необъяснимых морских явлениях, над которыми бьются учёные со всего света.
– А я тут при чём? – недоумевал кэп.
Радист Браун хохотнул, но быстро опустил глаза под пристальным и острым взглядом шефа. В общем, они друг друга поняли.

Журналисты и оператор прибыли на борт корабля в ближайшем порту, куда зашла "Смелая чайка". Их встретили старпом и первый офицер вместе с несколькими стюардами.
После официальных приветствий и расшаркиваний, обе стороны встречи "сняли" приклеенные улыбки с лошадиным оскалом и разошлись по своим делам: члены экипажа – обратно на вахту, а корреспонденты – брать интервью у капитана нашумевшего в прямом и переносном смысле этого слова лайнера.

Кэп, конечно, волновался. Он, как мог, подготовился к важной, но внезапной встрече, и держался молодцом!
Пока он ждал репортёров – бегал взад-вперёд по капитанскому мостику, ожидая прибытия гостей. Фуражка на голове – набекрень, усы и борода завиты плойкой, с модными цветными прядями. Китель застёгнут не на те пуговицы, а потому перекособочился. Да и ноги обуты, мягко говоря, в нестандартную пару обуви, которую и парой-то назвать сложно: милый тапочек с зайкой и начищенный до блеска штиблет. Команда не стала делать замечания коммандору. Знали, что он всё равно не пойдёт что-либо исправлять в своём внешнем облике...

И вот молодые парни с микрофонами и профессиональной камерой зашли на мостик. Капитан Джонсон стоял с важным видом, как статуя, изо всех сил делая официальный и даже представительский вид. Скажем честно, получалось у него неплохо, но униформа малость портила первое впечатление. Офицеры же едва сдерживали истерический смех, отвернувшись к окнам.
Сперва, по своим правилам, самый шустрый и трещащий без умолку корреспондент, представился на камеру, назвал свой канал, далее – где он в данный момент находится, а также у кого и по какому поводу будет брать интервью.
Кэп нервничал, но виду старался не подавать.
Когда к нему обернулись и с размаху сунули в нос микрофон, он от неожиданности отшатнулся и наступил на ногу первому офицеру. Тот взвыл, но прикусил губу и ухромал в коридор. Джонсон извинился перед ним и с ужасающей улыбкой обернулся к вопрошающему. Репортёр немного отшатнулся от неожиданности, но сладил с собой и начал брать интервью у необычного капитана судна.

– Итак, сэр Джонсон... – начал молодой рыжий юноша корреспондент с хитрыми лисьими глазами. – Начнём.

(Далее: Р. – репортёр, а К. – капитан Джонсон.)

Р.: Как давно вы служите на гражданском флоте?
К.: Всю свою жизнь, сколько себя помню. Юнгой я стал уже в семь лет и хулиганил на кораблях дай-то Бог!
Р.: А сколько вам сейчас лет?
К.: У приличных капитанов возраст не спрашивают!
Р.: Ну хорошо. Скажите, а любите ли вы свою работу?
К.: Больше жизни и меньше смерти!
(Парень завис ненадолго от такого ответа.)
Р.: Как вам удаётся справляться с такими колоссальными нагрузками?
К.: Я нагружаю подчинённых и загружаю трюмы.
Р.: Почему вы стали известны своими эпатажными действиями?
К.: Я новатор. Не путайте! А ещё, возможно, кто-то из бывших пассажиров был очевидцем... Эм... Некоторых моих экспериментов.
Р.: Ясно. А вас не пытались уволить за всякие серьёзные нарушения или проделки?
К.: Не рискнули.
Р.: Как к вам относится ваша команда?
К.: Она ко мне не относится. Порой я сам по себе. Но я обожаю всех членов экипажа, ценю их труд и терпение. А они уважают и ценят меня.
Р.: Надеюсь, что это так. Почему вы полюбили стихи, рукоделие, искусство? Откуда такая тяга к творчеству?
К.: Во мне проснулась троюродная бабушка.
Р.: Ого! А каково это – управлять большим пассажирским судном?
К.: Да раз плюнуть! Ничего трудного!
Р.: У вас бывают конфликты на корабле?
К.: Сейчас будут, если вы будете задавать мне подобные вопросы!
Р.: Понял. Сменим тему... У вас большое жалование? На что предпочитаете тратить деньги?
К.: Секрет фирмы. Точнее, секрет казначея.
Р.: Где вы любите отдыхать?
К.: Вокруг меня океаны и моря. Я сразу и работаю, и отдыхаю! Чайки, лазурные просторы, жуткие бури, свежий ураганный ветер, бешеные шторма... Красота!
Р.: Кхм... Да... А как часто вас посещают нестандартные идеи или желание разыграть коллег?
К.: Ко мне приходит мадам Розенхрюцер. Как полный конец всему. А остальное – спонтанно.
Р.: Мадам одна из ваших пассажирок?
К.: Упс. Ну... Почти.
Р.: Какую литературу вы читали в последнее время?
К.: Инструкции к поющей сантехнике и дурацкие радиограммы.
Р.: Вы когда-нибудь засыпали на вахте?
К.: Я и сейчас сплю. А снится мне дурной сон.
Р.: Что вы предпочитаете из еды?
К.: Всё, что готовит наш шеф-повар. Лучший кок на планете!
Р.: Вы уверены, что это так?
К.: А попробуйте с ним не согласиться!
Р.: Вы употребляете спиртное на рабочем месте?
К.: За кого вы меня принимаете? Я не алкоголик какой-нибудь!
Р.: Тогда почему вы так одеты?!
К.: Это мой креатив. Нравится?
Р.: Нет, как-то не моё... А вы хотите выйти на пенсию и жить спокойно? Если да, то будете скучать по мореходству?
К.: Так. Стоп. Это вы тот человек из соцфонда, что составлял список документов для меня, чтоб я вышел на пенсию?.. Если да – тогда не дождётесь!
Р.: Нет...
К.: Тогда хорошо.
Р.: И последнее. Мы узнали, когда завезут батуты на корабль! – хитрая лисья ухмылка.
К.: Подождите! Так это вы те самые телефонные мошенники, что трезвонили мне ежечасно?!
Р.: Ой...
К.: Ага-а-а! А ну свернули свои камеры и микрофоны и валите ка подобру-поздорову отсюдова! Чтоб духу вашего здесь не было!

Через минуту трап с треском грохнулся о причал и все репортёры быстро, едва ли не бегом, спустились по нему с корабля. Наверху, на мостике, разорялся кэп.
Первый и второй помощники капитана переглянулись и позвонили интервьюеру.
– Пэдди, всё нормально. Но зря вы пошутили про батуты! Так бы мы узнали чуть больше о нём. Ведь это так важно – значит, что у шефа на душе. Чтобы узнать его лучше и понять смысл его действий.
– Это бесполезно, Уилл. Вам (да и нам тоже) никогда не понять мистера Джонсона. Кэп – загадка для сотен учёных. Я говорил тебе об этом, братишка!
– Жаль, что сорвалось интервью немного. И прости, что прогнали тебя...
– Я ожидал чего похуже, так что всё нормально.
– Ладно, брат, до встречи!
- До встречи!..