Сказка про Нефелину. Аннушкины сказки 2

*Нефелина — от греч. nephele — облако.

Про бабушку-ворону, про бабушку-Весну,
Уже звучала сказка, будила тишину.
Спросила внучка Ника: "Бабуль, тебе сто лет,
Не можешь мне поведать души своей секрет?"

— Ах, птенчик мой любимый, секретов вовсе нет,
Есть только то, как смотришь ты сам на белый свет.
Когда-то не старушкой, я девушкой  была,
И белою вороной в лесу своём слыла.

И звали Нефелиной* меня в родных краях:
Любила в облаках я парить день ото дня.
Ещё сидеть любила у речек и озёр,
С цветами полевыми вести свой разговор.

Мне фантиков блестящих был скучен перелив,
Сестричек забавлял он и даже веселил.
А я рогоз  любила, кувшинок знала речь,
Красу весенних красок могла в душе беречь.

 —  Ты странная, Фелина, всё смотришь в небеса.
Нашла бы лучше блёстки для тёплого гнезда.
Но я всем отвечала, мечты есть там, где тишь,
Они сверкают тоже, когда их разглядишь.

И птицы разлетались, все по своим делам,
А я цветы сажала по милым берегам.
Звенел здесь колокольчик, и вился чудный хмель,
Подснежник белоснежный искал уют, где ель.

Однажды в сад любимый ворвался Суховей,
Он не шумел листвою, шипел лишь у ветвей:
— Не так всё, некрасиво, всё блёклым быть должно,
Что создано тобою, то глупо и смешно.

И сад мой чахнуть  начал и серость создавать.
А близкие вороны вдруг стали понимать:
— Куда исчезли краски? Как скучно мы живём!
И фантики не блещут, зарос весь водоём!

Сказал тогда наш Ворон, что самым мудрым слыл:
— Цветы сейчас того ждут,  кто истинно дружил.
И все искать вдруг стали знакомый странный взгляд,
Кричали: "Нефелина! Уйми Ветрилы яд!"

И я не испугалась, а стала вновь мечтать,
Надев черёмух шляпку и с сумочкой летать.
А в них и в крыльях белых таилось волшебство:
Когда вдыхал вдруг кто-то той тайны вещество.

Представила, как дождик начнёт всё умывать,
Вернут побеги силу, чтоб радость ощущать;
Как солнышко услышит, бутонам жизнь вернёт,
Как вновь закружат пчёлки, добыть чтоб детям мёд.

И вдруг на крыльях белых, мне данных для любви,
Искринки появились от радуги-дуги.
И были это слёзы вернувшейся мечты,
Сердитым незаметны, а радостным видны.

Проснулся в миг тот чудный цветочный мой оркестр,
Он свет принёс весенний для птиц лесных окрест.
И выл, пыль нагоняя, в бессилье, Суховей,
Летел навстречу чуду и пел нам Соловей.

И мая ароматы, и перьев сильных блеск
Изгнали Суховея недобрый интерес.
Рассыпался на сотни беззлобных ветерков
Герой лесных сражений у Мостика Цветов.

И лес расцвёл. Не видел никто его таким.
И даже пень трухлявый влюбился, нелюдим.
— Мечтательница Лина, Художница весны,
Садовница, к лицу вам неброские мечты.

— И что ты им сказала, бабулечка-Весна?
— Поправила лишь шляпку, улыбки не тая.
А дальше рассказала, что красота — в простом,
Из звёзд, цветов и радуг я строю Жизни Дом.

С тех пор, моим сестрёнкам не фантики блестят,
Мы слушаем травинки и смотрим на закат.
Сияет в перьях птичьих весенних красок гладь,
И учимся мы вместе любви мир рисовать.

*Нефелина — от греч. nephele — облако.