Года и годы
Тот миг, когда мы так чисты душой,
Когда как струны были наши нервы,
А сердце - как один костёр большой.
Как преданы мы были наважденью,
Как верили в мистическую роль
Поэзии, и в этом увлеченье
Мы пили мёд, измен вкушали соль.
Был осязаем остров первозданный,
Где до небес горел в ночи костёр.
Ты был любим, и я была желанна,
И был понятен птичий разговор.
Поэзии святой вкусны зефиры,
И в упоеньи бредит человек,
И кажется, что мы парим над миром,
Как птицы проживаем божий век.
Но всё не так, совсем-совсем не так,
Был прав старик, пресыщенный и подлый,
О том, что стих - заведомый пустяк,
Который разобьют года и годы.
Свидетельство о публикации №126051001236