Варится зелье, варится,
В баньке той, что по-черному топится.
Знаю точно: никто не отравится,
Знаю точно: никто не утопится.
За порогом крапива в мой рост,
И в кого же такой уродилась?
Вдалеке еле виден погост,
А внизу ручейковая стылость.
В нем вода минус двести с лихвой,
В нем возможен лишь танец грузинский.
Жидкий гелий — был папочка твой,
Мама — речка с хребта Баргузинский.
Я к нему припаду уж потом,
Я возлягу в него уже после.
Жидкий гелий покажется мне молоком,
Где Иван грел предцарские кости.
Мама, речка с хребта Баргузинский
© Copyright: Владимир Чалов-Глубинский, 2026
Свидетельство о публикации №126051001015
Свидетельство о публикации №126051001015
Рецензии