В сердце веры тёплый след

Я и он, а впереди всё лето,
Но мигом оборвалось это.
Слышны лишь залпы, и грохочут танки,
Всё замерло на пыльном полустанке...
Война, война! – Кричат со всех сторон,
А мне всё кажется, что это жуткий сон.
За что нам этот страшный приговор?!
Любимый мой, я буду ждать,
Пообещай не погибать.
Мне будет трудно без тебя,
Но справлюсь как-нибудь одна.
Ты письма шли, не забывай,
Молитвы чаще ты читай.
За край родной ты стой стеной,
Я помолюсь – вернёшься ты домой.

Письма ждать долго не пришлось,
И вот читаю, не скрывая слёз:
«Любимая, не плачь. Вернусь!
Я чувствую: победа будет скоро.
Ты только жди и берегись,
И ночью мне во снах явись.»
Собрав себя в кулак, пишу:
«Любимый, жду... Я очень жду!
И наши чувства берегу.
Ещё есть новость у меня...
Я жду сыночка от тебя!»

Пришла к нам долгая зима,
Казалась вечностью она.
Согрело б письмецо твоё,
Но почтальон прошёл немой.
И, всхлипывая, выбежала я:
«Ну где же, где же для меня?!»
Ни строчки больше, ни следа,
И в сердце поселились холода.
В домах был голод, стужа, мрак,
Но я держалась, видя знак –
Казалось, рядом ты сидишь
И шепчешь: «Ну же, обернись».

Шли дни, недели, месяца,
Сын подрастает без отца.
Но назвала не в честь тебя,
А так как мне велит судьба.
И вот, как ты желал когда-то,
У нас с тобой сыночек Саша...
Защитник мой, моя отрада,
Твои черты – это награда.
Моя уставшая душа
Лишь для него тогда жила.
Но в те тяжёлые года
Мечтала, верила, ждала.
И в поздний вечер у окна
Писала строки для тебя.
Не в письма – в старую тетрадь,
Ту боль на сердце не унять.
Дрова горели – слабый свет,
Но в сердце – веры тёплый след.

Закончилась четвёртая зима,
А я всё жду и жду тебя.
Пришла весна, цветут сады –
Победный май...
«Но где же ты?»
Сижу я тихо у окна,
А по щеке бежит слеза.
Шепчу молитвы в небеса,
А в них мольба: «Вернись, родной!»
Вдруг тишину пронзает крик,
А сердце бешено стучит.
«Там папка мой пришёл домой!»
Неужто это всё не сон?
Вернулся милый мой живой,
И вновь я обрела покой.
В тот день смешались смех и плач.
«Ты здесь! Ты жив! Ты снова наш!»
И счастье хлынуло в тот час!