Свадьба Петрова

Монолог адвоката на бракоразводном процессе

###

Товарищи!

Скажу вам про Петрова.
Вздыхает он, на жизнь глядит сурово.

Юрист Петров к делам всегда готов,
Не покладая рук, но без штанов.

Мир юридический к Петрову равнодушен,
После ВУЗа никому Петров не нужен.

Но молод был Петров, и был красив,
Хоть в кошельке стабильный «регрессив».

Такая, вот, житейская программа.
Петров давно бы сдох, кабы не мама.

Всё по закону - строго, зато честно,
Петрову мама вдруг нашла невесту.

Петров вздыхает, к свадьбе принуждённый:
«Янина Дрожжина - бери немедля в жёны!»

Один её жених лежал в гробу,
А другой осаваивал тайгу.

Тут не поможет даже Кока-Кола!
Скажу я пару слов без протокола:

Янина - хоть не злая образина,
Но «зажигала», как ведро бензина.

Ей стать бы ну совсем чуть-чуть потише,
Но её голос в каждом доме слышан.

От этой девы надо было бы спасаться,
Но некуда Геннадию податься.

Ведь жить бывало не на что - хоть вой:
«Ты хочешь замуж - ладно, черт с тобой!»

Товарищи!

Теперь опять по делу:
Пора ложить конец-то беспределу!

Её родня всех видела в гробу,
А у неё вся талия - в тату!

На груди у Яны - змей и солнце,
И череп скалится в открытое оконце.

И в ад открыта крохотная дверца,
И там пониже выколото сердце.

Нормальная москвичка, молодая,
Ничё себе девчонка, но - «крутая»!

Отец её - известный живописец,
Их судеб он корыстный летописец.

Он часто голый бегал по Арбату,
И денег не давал, хотя «богатый».

И всё в их доме пахло чертовщиной:
После развода он проживал с мужчиной.

И в голове - один лишь Курт Кобейн,
Он заставлял Петрова пить портвейн.

И понеслось: бутылки, разговоры!
Бывала Яна поумней Петрова.

Она невинность Гены «намочила»,
И даже целоваться научила.

Хоть Гена был с девчонками столь нежен,
Но мир его - разбит и перемешан.

Геннадий - не тянул, он не дорос,
А она учила жизни - и всерьёз!

Он помнил свадьбу, помнил все её объятья,
И как Янина что-то вылила на платье.

Всё - как всегда: вода, цветы, еда,
«Танцуем - все!» - и пьяный тамада.

Кругом таланты, гении, артисты,
И все открытые - пардон! - гомосексуалисты.

И напугали гении Петрова:
Здесь все блондинки - одного с ним пола!

А Яночка прекрасно всех их знала
И в списки приглашенных их вписала.

Ты в этой лжи, Геннадий, и погибнешь!
Она - Ему: - Опять к девчонкам липнешь?

Он бал у Воланда с улыбкой вспоминал,
И с блондинками всю ночью протанцевал.

Усвоив этот гранжевый урок,
Он нажимал на свой невидимый курок.

Он засыпал под утро с грешной Яной,
Прекрасны были все её изъяны.

Но в депрессию сорвавшись и ко дну,
Юрист Петров ей объявил войну.

Товарищи!

Пусть правит им свобода!
Давайте мы дадим ему развода.

Ведь жить им вместе больше невозможно,
И он не виноват, что всё так сложно.

На свадьбе тесть-художник громко чавкал,
А Курт Кобейн с плаката вдруг загавкал.

На свадьбе свечи гасли без причины,
А брюнетки и блондинки - все мужчины.

И до утра на брудершафт все дружно пили,
И в зеркалах себя не находили.

И был Петров здесь лишний: он - живой,
Смотрел - и будто зал стоял пустой!

И, как герои старого романа, -
Лишь две фигуры в зеркалах,

Лишь Он и Яна.

Считаю я, - не виноват Петров,
Пусть суд его избавит от оков.

***